– Слушай, о таких вещах предупреждать надо, Рит, - возмутился Рома. – Куда я сейчас поеду, да еще по темноте и загород? Машину только убью… Вызови такси. Быстрее будет.

Стиснула зубы. Укол обиды оказался неприятным.

– Ладно. Ты прав, - выронила я как робот. – Я перезвоню, когда подъеду к твоему дому.

– Ладно, давай, - бросил Рома и первым прервал звонок.

Нацепив на лицо улыбку, повернулась к Майе, которая всё это время терпеливо ждала, трогая ветки старой рябины.

– Не знаешь, во сколько последний автобус сюда приходит? – спросила я.

– Не знаю. Я здесь в первый раз.

– Блин! – выдохнула я сокрушенно.

– Погугли. По-любому, где-то должно быть расписание маршрутов.

И как я сама не догадалась. Влезла в телефон, заряд батареи которого стремился к нулю. Ничего утешительного – последний автобус уже здесь. Даже если буду бежать, всё равно не успею.

У такси оказался конский ценник, для меня неподъёмный.

– Класс, - закатила я глаза. – Придётся ещё и ночевать здесь.

– У тебя же там негде. Диван провален. С проводкой жуть какая-то. Пойдем к нам. Заодно поешь нормально.

– Спасибо, но я, пожалуй, побуду здесь. А с диваном что-нибудь придумаю. Мы там, наверное, просто что-то сбили. На место поставлю его потроха и нормально будет.

– Ну, как хочешь, - вздохнула Майя и указала на забор, за которым её ждала шашлычная компания. – Но, если что, приходи обязательно.

– Хорошо, - ответила я для того, чтобы не казаться совсем уж домашней ворчуньей.

– Ну, тогда пока.

– Угу, давай, - махнула я Майе и, закрыв за ней калитку, начала яростно подметать двор, утрамбовывая сухие листья в углубление в земле, которое раньше было небольшой ямой, которая когда-то была подпольем зимовья, что теперь здесь не было. Когда я была маленькая эта яма казалась мне просто огромной, но из-за того, что дедушка годами заполнял её сухими листьями, опилками и прочей органикой, от нее почти ничего не осталось. Разве что теперь при желании из нее можно добыть качественное удобрение из всего, что в ней с годами перегнило.

– Рита, - над соседским забором внезапно показалось голова Майи. – Держи, - голова исчезла, но зато появились две руки, в одной из которых был контейнер, чем-то наполненный, а во второй – что-то схожее с пледом.

– Не надо было, - закатила я глаза, но с благодарностью приняла то, что она мне принесла.

– И вот ещё, - над забором показался термос с надписью «Термос сурового мужика» и нарисованной бородой. – Компенсация.

– Спасибо, Май, - пожала я её руку над забором. – Я завтра утром всё верну.

– Хорошо. Не скучай там и, если что – кричи.

– Я смогу за себя постоять.

– Ну, тогда хорошо. Ладно, увидимся.

– Угу.

Не знаю, почему мы разговаривали шёпотом, но внутри было ощущение, что мы две воришки, прокравшиеся на чужие участки. Радовало только одно – сегодня я не умру от голода, так как меня спасут бутерброды и чай из термоса для какого-то сурового мужика.

Когда стемнело, пришлось растопить в доме печь. Хорошо, что небольшой запас дров здесь был. Старая буржуйка в кухне сначала придумала дымить, но затем решила оставить мне только тепло, а не дым.

Телефон совсем разрядился, не было возможность его зарядить, как и не было теперь света фонарика. Пришлось зажечь несколько свечей. Дом изнутри не закрывался, только снаружи. И, чтобы себя обезопасить, я приставила к двери кочергу, которая хоть и не спасёт меня от ограбления и возможного убийства, но зато подаст мне громкий сигнал о том, что в дом кто-то вошёл.

Из-за темноты я немного потерялась во времени, но по ощущениям понимала, что время близиться к полуночи. От скуки даже возникла идея погадать на суженого или еще какую белиберду. Зря, что ли, в доме столько свечей?

Но гадание лишь ввело меня в еще больший страх, когда в зеркале мне начали видеться всякие образы, и бонусом ко всему еще и звуки всякие начали слышаться.

Занимая тот край дивана, что не был провален, я обнимала дедову выбивалку для ковров и во все глаза вглядывалась в темноту за окном, потому что была уверена, что кто-то смотрел на меня из темного двора. И ходил. Уж очень отчетливые шаги слышались с улицы. Словно кто-то крадется.

Внезапно кочерга скрипнула по полу. Стало ясно, что кто-то пытается войти в дом неслышимым. В голове моментально созрел план действий.