На калле Фрутарол жили торговцы фруктами, на калле Барретери – изготовители париков и беретов, на улице Пьован (как зовется глава прихода на венецианском диалекте) – настоятель соседней церкви. Только здесь можно найти улицу, названную в честь кондитера, некогда четвертованного на главной площади или трогательную улицу любви между друзьями.

Каждое название улицы – калле, прохода – соттопортего, кампьелло – маленькой площади, корто – двора о чем-то рассказывает, и прогулка по Венеции становится чтением увлекательного исторического романа.

Но это пока вам конкретный адрес не понадобился, тогда уже не до истории! Ведь логику в присвоении номеров проследить сложно, например, рядом могут располагаться номера 257 и 4783. А всё потому что если какой-то дом снесли и на его месте построили новый, то номер у него уже будет новый, присвоенный «по нарастающей». И если в районе-сестьере есть дом №6270, это не значит, что в этом районе 6270 домов, возможно большая половина из них уже давно не существует! Так можно определить, старинный дом или «новодел» – чем меньше номер, тем древнее постройка!

Но Венеция – город маленький, даже заблудившись, ты в конце концов выйдешь на одну из набережных.

Так Саша и устраивала себе ежедневные приключения – квесты.

Вот и сегодня пошла вроде знакомой дорогой, собираясь навестить дом с верблюдом, где однажды жили они с подругой Сонькой, а в итоге уперлась в высокую дверь. Вернее, не совсем дверь, ведь приблизившись, она увидела мраморную арку, выглядящую, как вход куда-то. Только входа не было, за аркой – вода узкого канала и еле освещенные окна домов, до которых отсюда при всем желании не доберешься.

Стих ветер и Саша услышала шепот. Обернулась – в нескольких шагах от нее стоял человек в длинном темном плаще и шляпе, любуясь той же аркой. Мужчина не замечал Александру, он смотрел вдаль, туда, где в арке открывалась другая, недоступная вселенная.

– Когда венецианцы устают от этого города и его властей, они идут в три тайных места и, открыв потаенные двери, отправляются в прекрасные места и другие истории.

Это прозвучало так загадочно, и от всего облика незнакомца веяло тайнами. Сразу захотелось рассмотреть его лицо и Саша затаилась в темноте за колонной, ожидая, когда он обернется.

По воде скользнула длинная темная тень. Хотя, рассказывая об этом вечере, она выбрала слово «материализовалась»: вот только что не было ничего, кроме ночной воды и тусклого света окон, как вот она, гондола и две темных фигуры с веслами.

Что-то блеснуло и девушка отступила назад, прижалась к стене – она готова была поклясться, что в руках одной из темных фигур… совсем не весло, а шпага, сверкнувшая серебром в свете старого фонаря.

Фигура со шпагой склонила голову:

– К вашим услугам, Повелитель ночи.

Незнакомец вошел в арку, легко шагнул в гондолу. Свет фонаря упал на его голову и Саша чуть не вскрикнула… Самая страшная из венецианских масок, маска dottore della peste, чумного доктора с черным клювом и стеклянными глазами закрывала его лицо.

Она зажмурилась. А когда открыла глаза- не было ничего, ни гондолы, ни страшного человека, ни арки. Да, арки тоже не было! Что за иллюзии? Она подошла поближе: вот здесь стоял незнакомец и смотрел в арку, куда смотрела и Саша, и там была вода, и гондола, и темные фигуры… не уснула же она на холодной темной улице!

На самом деле она давно уже ничему не удивлялась в этом невероятном городе. Если трое аристократов назначают себя средневековыми магистратами по делам богохульства, а в темных переулках возникают фигуры с фонарями, освещающими путь, словно старинные венецианские фонарщики- кoдеги перенеслись в наши дни, что говорить о мужчинах в гондоле со шпагами. Вот только арка… и странное имя, как там назвали незнакомца в маске? Властелин? Нет, Повелитель ночи. Брррр…

Саша передернулась и пошла, потом побежала куда глаза глядят, лишь бы выбраться к людям, к свету, ведь ходят же венецианцы вечером по магазинам!

На длинной улице под названием Мерчерия дель Оролoджио она пришла в себя. Здесь царила привычная суета. Над головой висели многочисленные ряды гирлянд, в витринах наперегонки зазывали покупателей праздничные декорации и подарки; люди сновали по улице, разглядывали украшения, ныряли то в одну, то в другую дверцу. Нормальная жизнь, словно зловещая маска незнакомца просто померещилась.

Через несколько шагов Саша задрала голову, разглядывая барельеф над высоким каменным порталом. Вот и Джустина на прежнем месте, та самая венецианка, что однажды спасла свое правительство от свержения группой мятежных патрициев. Услышав громкие звуки на улице, она выглянула посмотреть, что происходит, выпустила из рук тяжелую ступку, которая приземлилась аккурат на голову лидера мятежников. Остальные заговорщики, решив, что их обнаружили власти, разбежались. Венецианское правительство отблагодарило Джустину: арендная плата за дом никогда не повышалась не только до конца ее жизни, но и для всех будущих поколений ее семьи.