Она замолчала, но я мог прочитать ее реакцию по выражению лица Брайана. Через мгновение он еще раз затянулся сигаретой, а затем кивнул. Я почувствовал движение воздуха, когда она ушла. Пять секунд спустя, точно по расписанию, дверь в ее спальню хлопнула.

— Если бы я хотел, чтобы ты убрался из этой квартиры, — сказал я, — мне даже не нужно было бы владеть большей частью здания, чтобы сделать это на законных основаниях.

— Верно, — сказал он, глядя на меня. Он смотрел на меня, повернув голову, но тело его при этом было обращено к окну. — Тогда перейдём прямо делу.

— Личному делу.

Я сунул руку во внутренний карман пиджака, вытаскивая нож.

— Ты или я, но в любом случае, ты передашь сообщение.

Он прищурился, глядя на меня.

— Ты делаешь это ради своей жены?

— Я бы сделал гораздо хуже за гораздо меньшее, что с ней сделали.

— Я уже говорил Ли, — сказал он. — Я говорил ему не точить зуб на твою женщину. Я также посоветовал ему не связываться со Скарпоне. Но парень слышит то, что хочет слышать. В остальное время он внемлет только голосу долларовых знаков.

С этими словами он пожал плечами, развернулся и затушил сигарету о чугунную лестницу.

Он подождал еще пару минут, а затем покачал головой.

— Он все равно не жилец, — сказал Грейди. — Но я понимаю это. Он разозлится настолько, что найдет тебя — если Скарпоне не доберутся до него первыми.

Он вздохнул, встал, вытянул руки над головой, пошевелив девятью пальцами, которые все еще были при нем, а затем воспользовался окном, чтобы войти в квартиру.

Запах сигаретного дыма шлейфом шел от его одежды, пока он с минуту рылся в кухонном ящике. Грейди вытащил нож для рубки мяса прямо с костями, который обычно использовался для приготовления жаркого на ужин. Брайан знал толк в мясницком инвентаре, так как его брат и дедушка были мясниками.

Он поднял и направил нож на меня.

— Не возражаешь, если я воспользуюсь своим ножичком?

— Я бы предпочел не марать свой.

— Тогда и этот сойдет.

— Этот или твое сердце.

— Палец стоит дороже, чем сердце. С ним ты сможешь сделать куда больше.

— У меня нет проблем с тем, чтобы забрать твое сердце, поскольку оно ничего не стоит.

Он задержал взгляд на моем лице чуть дольше, чем следовало бы, прежде чем крепче сжал нож, доказывая, что он тот еще пустобрех. Он не хотел умирать только потому, что его племянник был гребаным идиотом.

Он положил руку на разделочную доску на стойке. На ней все еще лежали кусочки моркови. Он на секунду сощурился, а затем, занеся нож, нанес сильный удар! Его средний палец оказался на разделочной доске сразу же, как только лезвие коснулось кожи. Он немного накренился, прежде чем выпрямиться. На гвозде остался кровавый кровоподтек в том месте, где он, должно быть, ударил по нему молотком.

Должно быть, он сделал это, когда вешал свою фотографию с Молли, сделанную в баре «У Салливана». Я заметил молоток и гвозди на столе, прямо под тем местом, где висела фотография, когда шел по квартире. Там же висела ее фотография с моим стариком.

Протянул ему полотенце, которое висело на ручке духовки. Грейди прижал его на минуту, а затем использовал как жгут. Затем, когда поднял обе руки, на его лице появилась ухмылка.

— По крайней мере, теперь они совпадают.

Мой старик отрезал себе второй средний палец много лет назад, когда между Кормиком и моим стариком шла очередная война.

— Считай, что с этого момента тебя зовут Мясник Индюшачьи Кишки, — сказал я. — Еще один выпад против моей жены, и я подам тебя твоему племяннику на блюдечке с золотой каемочкой.

Он махнул на меня рукой, обмотанной кухонным полотенцем, которое уже пропиталось его кровью, как сумасшедший сукин сын, которым он и был.

— Кулды-кулды8. Передам ему всенепременно.

Брайан был Ли как отец, а, потеряв своего собственного, он не собирался рисковать своим племяшом. Всякий раз, когда Ли попадал в передрягу, Брайан либо прятал его, либо вытаскивал из нее. Однако на этот раз Брайан знал, что финал игры близок — Ли получит пулю либо от Скарпоне, либо от меня. Брайан, возможно, и не убедит Ли отказаться от всей игры, но он убедит его оставить мою жену в покое, черт возьми, или он будет тем, кто заплатит за неправильно принятые решения своего племянника.

Закрывая дверь в квартиру, я услышал, как Молли кричит изнутри. От громкости этого звука у меня заложило уши, пока я не оказался в десяти минутах езды от дома и меня не затянул хаос собственных мыслей. Приступ головной боли усилился после того, как я подъехал к дому Малыша Хэрри и обнаружил, что его жилище в кольце из полицейских машин.

Приветственно кивнул головой Малышу Хэрри, который разговаривал с детективом, и подошел к его двери. Моя жена сидела на крыльце и, увидев меня, встала. Ее лицо тут же превратилось в лишенную эмоций маску, но не раньше, чем я заметил облегчение в ее глазах, прежде чем она показала мне свой решительный настрой.