Прошло уже два года с тех пор, как Ральф женился на Море и привел с собой в дом своего сына Рассела. При мысли о Расселе Джорджия почувствовала, что у нее пересохло во рту и выступил пот на ладонях. Нет, надо поскорее сосредоточить все мысли на крылатой лошади.

Если бы можно было и впрямь найти в природе крылатую лошадь, так легко было бы взмыть на ее спине в небо и улететь навсегда. Джорджия закрыла глаза и вообразила, что сидит верхом на лошади. Вот она переходит с шага на рысь, с рыси на галоп, с галопа в карьер, а потом… Почему бы и нет? Вроде как при включении пятой скорости в автомашине, плавный переход, а потом взмахи крыльев оторвут лошадь и ее всадника от земли и унесут туда, где никому не настичь их.

Легкое постукивание по стеклу заставило Джорджию поднять глаза. Сквозь витрину на нее смотрело лицо седовласого мужчины в очках. Судя по жестикуляции, он приглашал ее зайти внутрь. Джорджия узнала владельца антикварного магазина, мистера Голдсмита — если, конечно, его имя совпадало с именем, поблекшими буквами выведенным над витриной. Он вновь поманил девочку, и она распахнула дверь магазинчика.

Паоло знал, что черного жеребенка следует поскорее убрать из города. Если новость о подобном чуде разойдется, малыша могут попытаться похитить. Можно было считать фантастическим везением то, что подобное случилось именно в их округе Овна, одном из двенадцати округов города. Хорошее предзнаменование для Звездных Скачек этого лета, но Паоло непреклонно стоял на том, что всё следует держать в строжайшем секрете.

— В скачках эта кобылка участвовать не сможет, — сказал он Чезаре. — Было бы нечестно воспользоваться таким преимуществом.

— Но этим летом мы, так или иначе, не смогли бы скакать на ней, — заметил Чезаре. — Слишком она еще будет молода.

— Не будь так уж в этом уверен, — возразил Паоло. — Говорят, что крылатые лошади не похожи на всех прочих. И растут они по-иному.

Отец и сын провели в конюшне всю ночь, обтирая соломой кобылу и жеребенка, сменяя подстилку и принося свежую воду. Черный жеребенок и впрямь казался крепким и почти взрослым уже через несколько часов после рождения, но с лошадьми так уж оно и бывает. Одной из многих вещей, которые Чезаре нравились в лошадях, было как раз то, каким образом их потомство вступает в жизнь. Совсем не то, что его сестренки и братишки, которым требовалось столько материнского внимания. И еще к тому же не один год для того, чтобы по-настоящему стать людьми.

Проводить вместе с отцом время в конюшнях, где так уютно пахло лошадьми, Чезаре нравилось гораздо больше, чем оставаться в тесном домике, где всегда было полно стирки и булькающих горшков с манной кашей для малышей. А главное, только здесь Паоло становился разговорчивым и рассказывал сыну о разных чудесах — таких, например, как крылатые лошади.

— Каждые сто лет или около того, — сказал Паоло. — Вот как редко это случается в Реморе. Это первая крылатая лошадь, которую мне довелось увидеть. И родилась она в нашем округе, — с торжеством добавил он. — Ничего лучшего для Овнов за всю мою жизнь не было.

— Но как такое случается? — спросил Чезаре. — Мы же знаем, от кого этот жеребенок. Ты сам водил Звездочку на случку с тем жеребцом из Санта Фины… как же это его звали? Да, Алессандро. Ничего особенного в нем не было, верно ведь? Отличный, конечно, конь и Звездные Скачки выиграл в 68-м, но просто лошадь — никаких крыльев и в помине.

— Это не так бывает, — медленно проговорил Паоло, задумчиво глядя на Чезаре и взвешивая каждое свое слово. — С помощью племенной книги рождения крылатой лошади не предскажешь. Случается это в смутные времена — они у нас сейчас такие и есть — и это добрый знак для округа, в котором появился такой жеребенок. Хотя, конечно, само по себе успеха это еще не гарантирует. Да и опасности с собой, бывает, приносит.

Они решили убрать кобылу и ее жеребенка следующей же ночью. В темноте доставить их в Санта Фину будет намного безопаснее. Родриго, владелец Алессандро, человек надежный и сумеет укрыть жеребенка до тех пор, пока он не подрастет. Если разойдется слух о его существовании, соперники Овна — округа Близнецов и Девы, землю перевернут, чтобы найти чудо-лошадку и лишить Овнов их амулета удачи. Более или менее безопасно раскрыть тайну можно будет после завершения скачек этого года.

— Как мы ее назовем? — спросил Чезаре.

Внутри магазинчик мистера Голдсмита оказался самым неопрятным, но и самым интересным местом, какие только приходилось видеть Джорджии. Это был какой-то хаос из мебели, одежды, старинного оружия, книг и украшений. Беспорядок достигал вершины за стойкой, где на медной подставке для зонтов разместились две шпаги, допотопный мушкетон, зеленый шелковый зонтик и пара костылей. Стул мистера Голдсмита был втиснут между двумя не слишком на вид устойчивыми кипами нотных листов и книг в потрепанных кожаных переплетах.

— Тебя, очевидно, что-то заинтересовало в моей витрине, — сказал он. — Я же вижу, что ты чуть не каждый день, проходя мимо, заглядываешь в нее. Так в чём проблема? Денег не хватает? Давай, парень, выкладывай всю правду!

Джорджия почувствовала, что начинает краснеть. С этой проблемой ей вечно приходилось сталкиваться. Всё из-за того, что у нее была мальчишеская стрижка, а спереди она выглядела плоской, как доска. Основательный повод для смущения в классе, где все остальные девочки обладали уже вполне внушительными бюстами. Приходилось ходить, чуть склонившись вперед, и носить мешковатые джемперы. В конце концов Джорджия начала делать вид, будто сама не хочет казаться женственной. Следствием были стрижка и серебряное колечко в правой брови.