— Я тоже так думаю, — подтвердил Фарид, — Варлен может оказаться полезен. Присмотрись к нему, Тилий.

— Хорошо, — буркнул дарминец, — Если вы считаете такое решение целесообразным. Хотя, на мой взгляд, посторонним в центре не место. Ваш подчинённый может случайно пострадать.

— Это как? — наиграно поинтересовался Юсуф.

— Всякое бывает. Нам не всегда удается удержать тварей. Некоторые особи очень сильны и агрессивны, не на всех препараты действуют как нам бы хотелось. Если вам, Варлен, откусят руку, я отвечать не буду… а ведь могут и голову.

Трижды ха! Он решил меня запугать?

Не на того напал.

— Фор Классон у нас не из пугливых, — хмыкнул Фарид.

Было видно, что дарминец с большим удовольствием избавился бы от нашей компании, но перечить напрямую капитану не решался.

Галка Тилия издала противный писк, и он вновь уткнулся в монитор.

— Что же, раз вы хотели экскурсию, то пойдемте, пока у меня есть время, — произнес заведующий лабораторией.

Сразу заметил, что дарминец не вел себя, как заключённый, наоборот, разговаривал с Фаридом, как с равным, даже с некоторым превосходством. Да и условия жизни научников оказались отнюдь неплохими. единственное их ограничение — свобода. Выход из центра «заключённым» был воспрещён.

Отчётливо заметил облегчение, пробежавшее по лицу дарминца и понял, что тот специально тянул время.

Пока Тилий забалтывал нас с капитаном, его подчинённые что-то прятали. Я был уверен в этом на сто процентов. Хитрый гад, но ничего, я хитрее и внимательнее, к тому же, у меня есть Синтия с её невидимостью.

— Пойдемте скорее. С удовольствием посмотрю на монстров в близи. Знаете, я тут столкнулся с одним случайно. Такого страха натерпелся. Еле удалось спастись. Честно скажу, что бить врагов со звездолёта намного безопаснее и легче, чем встретиться с монстром лицом к лицу, — продолжал я разыгрывать комедию.

— Вот именно, — поддержал меня Тилий, довольно поддакивая, — Зачем подвергать себя лишней опасности. Там… На верху… Будет легче нести службу, — продолжил свой монолог дарминец, шагая по коридору, — Мой вам совет, продолжайте заниматься своим ремеслом, а научную деятельность оставьте учёным.

— Тилий, — прорычал Фарид, — Ты говори-говори, да не заговаривайся. Мне напомнить о твоем положении?

— Н-нет, — сразу сдал назад заведующий лабораторией.

— Вот и прекрасно, а то, я смотрю, распустились тут без должного надзора. Варлен направляется к вам… и точка. Это приказ. Если тебя или кого-то ещё данный факт не устраивает, я быстро решу этот вопрос, причём радикально.

Крылья за спиной дарминца нервно дернулись, губы поджались. Он многое хотел бы высказать капитану, но промолчал.

С одной стороны — я ему сочувствовал.

Война закончилась три года назад. По идее, все военнопленные после вступления республики Дармин в империю Т’Харм должны были автоматически получить амнистию… И получили, но только не такие ценные кадры, как Тилий. Думается мне, несколько тысяч дарминцев и представителей других рас, воевавших на их стороне исчезли без вести. Никто даже не ничего заметил. Списали на сопутствующие потери. Жертвы войны. К тому же, не многие вернулись к себе на родину, наоборот, разбрелись по империи, осев на разных планетах. Их не особо искали, разве что родственники… Если за созданием таких баз стоял Император, то продумал всё до мелочей и обставил так, чтобы никто никогда не узнал, где именно в последние годы находились научники. Уверен на девяносто девять процентов, что самых видных деятелей в этой сфере подменили двойники, чтобы не вызвать больших подозрений. Пластическая хирургия в империи могла творить чудеса, а уж с некоторыми индивидуальными особенностями определенных рас и подавно.

С другой стороны — если Тилий играл на стороне террористов и предателей, я обязан был вывести его на чистую воду, что и собирался сделать. А уж один или с помощью Хлои ту Камиро, покажет время.

Отъехала в сторону стальная дверь, считав сетчатку глаза Тилия, и мы вошли внутрь длинного коридора. По обеим его сторонам находились камеры, в которых содержались различного вида монстры. Никаких железных прутьев, лишь двери из огнеупорного, непробиваемого стекла.

Правильно. Будь на камерах обычные решётки и от персонала научного центра остались бы только «рожки да ножки». Длинные отростки первой же увиденной мной твари взметнулись вперед словно плети и со всего размаха ударили по прозрачной перегородке. С трудом удалось не вздрогнуть.

Огромный осьминог в полностью заполненном водой маленьком помещении злобно смотрел на нас четырьмя жуткими немигающими глазами.

Тридцать клеток и столько же тварей, заточенных внутри. Все разных видов и размеров.

Тилий шел впереди, и останавливаясь у очередной камеры, указывал на тот или иной образец, называя вид монстра, рассказывая о его особенностях и возможностях при правильном слиянии с нейросетью, которого «увы» пока достичь не получалось.

Огромная жаба, сидевшая в следующей камере, завидев нас, попыталась прыгнуть, но ограниченное пространство не позволило это сделать, и тварь со всей силы шмякнулась головой об потолок, чтобы в следующую секунду распластаться на полу, но несмотря на это, не оставила попыток добраться до маячившего перед глазами ужина и смачно плюнула.

Ярко фиолетовая слюна жирным шлепком упала на стекло и потекла вниз, пузырясь и чернея.

— Быстродействующий смертельный яд, — пустился в пояснения дарминец, — Убивает за несколько минут. При попадании на кожу мгновенно впитывается порами и распространяется практически мгновенно. Сначала атрофируются мышцы, зачем начинается полный паралич, асфиксия и как следствие — скоропостижная смерть.

В районе головы недожабы, заметил несколько длинных неаккуратных швов. Значит, тварь уже неоднократно подвергалась экспериментам.