— Погоди… Галер говорил, что лично сдал меня управляющему СКАРБА, но я его не помню.

— Вот и я тоже, — горестно вздохнула НЕЙРО, — Что-то смутное мелькает на задворках памяти, но никак не могу восстановить картинку.

— Ублюдок, — выплюнул капитан, — что тот — что другой.

— Согласен.

— Орн Виксу удалось уйти от преследования после первого неудачного покушения на твоего брата. Единственное, что ему оставалось, податься в космические пираты, — дал подсказку Фарид.

— Точно! — воскликнула НЕЙРО, а я дернулся от резкого звука, раздавшегося в голове, — Вот оно!

Синтия материализовалась рядом с Фаридом, и присев на краешек скамьи, обняла того за плечи невесомой рукой, поглаживая невидимыми пальчиками щеку капитана.

— Кхм-кхм, прекрати, — закашлялся я.

— Что прекратить? — не понял Юсуф, так как я произнес фразу в слух.

— Нет, ничего. Это я так, — бросил серьёзный взгляд на неугомонную нейросеть, которая явно получала наслаждение от своей проделки.

— Дай девушке развеяться, — хмыкнула Синтия, но всё же отодвинулась от капитана, вздохнув так тяжело, словно у неё отобрали любимую игрушку, — И да, теперь я понимаю, почему образ салинга казался мне таким расплывчатым. Этот гад старался не показываться нам на глаза, а появился, только в тот момент, когда сонное пойло начало действовать. Ты уже был практически в отключке, да и я к тому времени плохо функционировала. К ред Палину нас доставлял кто-то из его команды, а сам он договаривался с Микасом заранее.

— Я видел, разговор Галера с ред Палином. К сожалению, слов разобрать не удалось, — подтвердил выводы НЕЙРО капитан.

Я даже вздрогнул, создалось ощущение, что он тоже слышал наш диалог, но нет, капитан просто попал в точку.

— Уже неважно. Юсуф, мне нужно чтобы ты вызвал на Сирвигу Иллинойса Трима.

— Хочешь прищучить ред Палина?

— Не только. Надо одного ралита вытащить со Свалки. Очень подозрительно всё это выглядит. Заодно, пусть Иллинойс и Микаса потрясёт хорошенько.

— Сделаю. А Тримм…

— Да, главный проверяющий знает меня в лицо, и могу с уверенностью на девяносто процентов сказать, что ему можно доверять. Этот не предаст.

— А чего же тогда на девяносто, а не на сто?

— На сто — я не верю никому, даже себе, вот так-то, мой друг.

— Хе-х, логично. Снимай полог. Пойдем, передохнем. Вечером встречаемся на площадке.

— Опять будешь меня третировать?

— Буду. Раз ты говоришь, что забыл основные принципы работы с менталом, придется заново обучаться. Защиту ты уже освоил, сегодня отработаем нападение, а через пару дней поговорим со Стайсом. Пусть пока помаринуется. Сомневаюсь, что он вообще что-то знает, наверняка просто повелся на гринны. Сдаётся мне, использовали парня в тёмную, но проверить всё же стоит.

— Согласен.

Вечер наступил довольно быстро. Погода испортилась основательно. Поднялся сильный ветер, который был способен снести с ног не только человека, но как мне показалось — даже слона. Капитан предложил перенести тренировку в зал, чему я очень обрадовался. Радость длилась недолго, только до тех пор, пока не начался ментальный «мордобой» меня любимого.

Фарид подошёл к обучению ответственно, впрочем, как и всегда, а зная — кто перед ним, щадить не стал, наоборот — утроил усилия.

Юсуф показывал: что нужно делать и как воздействовать на сознание другого человека. Сам он мог вытягивать только образы, сил и способностей на то, чтобы заставить открыть разум и подчинить речь, заставляя своего оппонента выдать информацию, у капитана не имелось. Впрочем, заставить кого-то заговорить могли только летвиры.

— Почему ты думаешь, что у меня получится?

— Я в тебя верю. Если ты раньше мог это делать, а ты — мог, то и теперь сможешь.

— Фарид прав, — уперев руки в бока и послав капитану воздушный поцелуй, проговорила появившаяся за его плечом блондинка.

— Легко — сказать, сложно — сделать.

Работа предстояла кропотливая и тонкая, как я выяснил в теории. Мало грубой силой уметь раздвигать слои сознания, необходимо было научиться снимать блоки по кирпичику, не повреждая основу, расчищая путь, просеивая каждую пойманную мысль, словно песок сквозь сито.

— Я объяснил процесс. Тренируйся на мне. Заставь заговорить, — Фарид склонил голову, стоя напротив меня.

— Ага, как же, — пробормотал скептически.

— Нечего сопли жевать. Начинай.