— Да, тебе это явно не помешает, — согласился он, демонстративно принюхиваясь. Впрочем, если учитывать то, где мне пришлось за сегодня поваляться, неудивительно.

— Там есть умывальник, и на полках лежат полотенца. Пока иди умойся, я попрошу, чтобы тебе принесли чистую одежду.

— Спасибо. Особенно за одежду, — эта новость здорово обрадовала меня, так как то, что было на мне, уже изрядно поизносилось.

— Ничего сложного, у нас тут её оказалось на удивление много, — отмахнулся он от моей благодарности. — Как закончите, зайдите в наш «лазарет». Миа обработает ваши раны.

Хорошие новости сыпались одна за другой, и я напрягся. Секунда, вторая. Вроде спокойно. Заметив мое состояние, Чэнь вопросительно изогнул бровь, но я успокаивающе махнул рукой и пошел приводить себя в порядок.

— Какое же это блаженство! — моя душа пела, когда я скинул с себя нижнее белье и под струями воды принялся смывать грязь. Она текла тонкой струйкой и была невероятно холодной, но мне совершенно не было до этого дела.

В дверь постучались и я, протянув руку, забрал скрученную в сверток одежду. Новые майка с футболками, камуфлированные куртка и брюки. Даже кепка была в наличии.

— Ну, ё-маё, — разочарованно протянул я, глядя на свои босые ноги. Обуви в комплекте не было. Будем надеяться, что ее просто не принесли.

Закончив приводить себя в порядок. Примерил обновки. Были они в пору. Видимо, у Чэня глаз «алмаз» оказался, ну или просто повезло. Мне.

Водрузив кепку на мокрую голову и чувствуя себя совершенно другим человеком, вышел из уборной и направился в «лазарет».

Толкнув дверь, зашел в местную больничку. Разительная перемена. Если в общей комнате витал хоть какой-то дух надежды, то здесь…Здесь умирали, прямо сейчас в эту секунду.

У двери видимо была хорошая звукоизоляция, так как стоило мне войти в помещение, как до меня донеслись глухие стоны как минимум нескольких человек.

В небольшом помещении находилось парочка мягких диванов и три лежака.

— Интересно, у них тут где-то пляж? — мелькнула мысль при взгляде на них. Белые, узкие и длинные. Точь-в-точь такие же, на которых я в свое время загорал.

Хотя сейчас людям, что лежали на них, вряд ли было так же хорошо, как когда-то мне. Именно от них я слышал тихие заунывные стоны, иногда прерываемые вскриками полными боли. Простыни, что были под ними, пропитались кровью, что капала с них на пол, покрытый серым ковром.

— Миа? — тот несчастный, возле которого хлопотала Миа, вздрогнул. То ли от моего голоса, то ли от длинной иглы, что вошла в его плечо.

— Секунду, сейчас закончу, — женщина, обернувшись, кивнула мне и нажала на шприц. Темная жидкость, уже мало походившая на кровь, стала поступать в пустой цилиндр.

Справа от меня на еще одном лежаке раздался стон. Человек, судя по длинным волосам, женщина, открыла рот и едва слышно произнесла:

— Пить… Пожал…

Лицо ее было обезображено тремя глубокими рванными ранами, что лишь каким-то чудом не задели глаза. Видимо, удар пришелся сверху вниз по голове. Впрочем, ее телу тоже досталось. На простыни, ее укрывавшей, проступали темные пятна крови в районе живота и таза.

— На, напои ее. Только аккуратнее. Старайся не расплескать. Я обработала ее раны регенератором. Сейчас нежелательно его лишний раз смывать, — в руки мне уткнулся стакан с высоким горлышком. Даже больше похожий на бутылку.

— Давай-давай. Я пока Ерхо посмотрю, — Миа, подтолкнув меня к лежащей женщине, прошла чуть дальше и наклонилась над своим следующим подопечным.

— Как же ты еще выжить умудрилась? С такими-то ранами… — замерев над раненой, пронеслось у меня в голове. Вблизи она выглядела еще более плачевно.

— Пей, пей, — прислонив узкое горлышко к лохмотьям, оставшимся от ее губ, зашептал я. Как-то не хотелось здесь говорить громко. Обстановка все больше и больше стала на меня давить.

Женщина мелкими глотками принялась пить воду, а я с трудом удержался от того, чтобы не закрыть глаза. Одно дело видеть трупы и этих тварей, когда у тебя нет времени задумываться над этим, лишь бы жизнь свою спасти. И совсем другое, когда перед тобой, на расстоянии вытянутой руки лежит обезображенный человек.

— Пойдем, займемся тобой, — на плечо мне опустилась рука, выводя из раздумий.

— А? Да конечно, — с удивлением посмотрел на пустую бутылку в руках и затихшую женщину на лежаке.

— Добавила в воду транквилизаторы и обезболивающее. Ничем другим ей помочь уже не смогу, — заметив, куда я сморю, произнесла Миа.

— Снимай куртку и майку, обработаем твои раны, — женщина указала на один из свободных диванов. Сама же подкатила небольшой столик на колесах с разложенной аптечкой.

— Миа, меня тут один вопрос мучает, — потянув за рукав куртки, обратился к ней.