— Упаси Боже! — воскликнул Ренкин с притворным ужасом. — Ну ещё по чуть-чуть… и я иду…

Он плеснул в бокал себе и миссис Уайлд тоже, не спрашивая её согласия.

— Чарльз, ты что, решил меня напоить? — спросила она (ну почему, почему молодые женщины определённого типа так часто в подобных ситуациях задают этот вопрос и находят его очень смешным?). — Артур, а ты меня не жди. Я воспользуюсь ванной Анджелы, когда она закончит.

Анджела и сэр Хюберт уже ушли. Доктор Токарев поднимался по лестнице. Артур Уайлд блеснул стёклами очков в сторону Найджела.

— Вы идёте?

— Конечно.

И он последовал за Артуром Уайлдом вверх по пологой лестнице на слабо освещённую площадку второго этажа.

— Вот здесь наша комната, — пояснил Уайлд, указывая на первую дверь слева. — Эту каморку рядом я обычно использую как гардеробную. А вот здесь будете располагаться вы. Между комнатами как раз наша общая ванная.

Найджел очутился в небольшой, довольно милой комнате, обшитой дубовыми панелями. Количество мебели здесь было минимальным — один-два старинных валлийских предмета. В левой стене виднелась дверь.

— Она ведёт в общую ванную, — сказал Уайлд, открывая её. — А с другой стороны можно попасть в мою гардеробную. Я предлагаю вам первому занять ванную.

— Что за чудесный дом!

— Да, прекрасный во многих отношениях. Вы знаете, к Франтоку как-то очень быстро привязываешься. Уверен, с вами произойдёт то же самое.

— О, — смущённо произнёс Найджел, — я право не знаю… это ведь мой первый визит сюда… не уверен, появлюсь ли здесь ещё раз.

Уайлд ласково улыбнулся.

— А я уверен, что появитесь. Хендсли никогда не приглашает человека, если не убеждён, что захочет пригласить его вторично. А теперь я должен идти и помочь жене отыскать все те вещи, которые она, как ей кажется, забыла дома. Свистните мне, как только покончите с умыванием.

Он открыл дальнюю дверь ванной и скрылся за ней, напевая что-то себе под нос слабеньким приятным тенором.

Обнаружив в комнате свой видавший виды чемодан, Найджел решил времени зря не терять и немедленно отправился в ванную. Надо же, подумал он, вспомнив свою скромную квартиру на Ибори-стрит, как здесь все замечательно устроено. И главное, горячая вода в любое время суток.

Через пятнадцать минут он был вымыт, побрит и одет. Покидая комнату, Найджел слышал, как Уайлд ещё плескался в ванной.

Бодро спускаясь вниз, он надеялся, что мисс Анджела тоже выйдет пораньше. В противоположном конце холла дверь справа от лестницы была открыта. За ней виднелась ярко освещённая комната. Найджел вошёл и очутился один в большом салоне с зеленой обивкой, имеющем причудливую форму, который заканчивался альковом в форме буквы Ь. Дальше располагалась ещё одна комната, меньших размеров, служившая, по-видимому, одновременно и библиотекой, и охотничьим залом. Здесь восхитительно пахло ремнями, ружейным маслом и сигарами. В камине горел яркий огонь, отражаясь в стволах ружей и револьверов, в изобилии развешанных по стенам. Словно окно в мир приключений, о которых Найджел мог только мечтать.

Он снял со стены ружьё фирмы «Меннлих» восьмого калибра и начал его рассматривать и тут неожиданно услышал голоса, доносящиеся из салона позади.

Говорила миссис Уайлд, и Найджел, к своему ужасу, обнаружил, что она и её спутник вошли сюда следом за ним и находятся в салоне уже несколько минут, а он оказался в роли невольного свидетеля их разговора. Все это было очень неприятно, но заявлять о своём присутствии было уже слишком поздно.

— …и я ещё раз хочу тебе сказать, — торопливо говорила она, понизив голос, — ты не имеешь права так мной помыкать… абсолютно никакого права. Ты обращаешься со мной, как будто я у тебя на побегушках.

— Хм, а я-то считал, что это тебе приятно.

У Найджела засосало под ложечкой. Он узнал голос Чарльза. Он услышал, как чиркнула спичка, и представил кузена, наклонившегося прикурить сигарету. Марджори Уайлд тем временем продолжала:

— Чарльз, ты просто невыносим… Ну, дорогой, ну почему у нас с тобой все не как у людей? В конце концов…

— Да, дорогая… Что в конце концов?

— Что у тебя с Розамундой?

— Розамунда? О, это загадочная натура. Она говорит, что я ей слишком нравлюсь, чтобы выйти за меня замуж.

— И ты все это время… со мной… ты… О Чарльз, неужели ты сам не видишь?

— Вижу, вижу, — послышался бархатный баритон кузена. Эта реплика прозвучала у него вроде бы нежно и в то же время властно.

— Боже, какая я дура, — прошептала миссис Уайлд.

— Ты? Нет, ты не дура, а просто маленькая козочка. Иди ко мне.

Её бормотание внезапно прекратилось. Наступила тишина. Найджел затаился ни жив ни мёртв.

— Ты меня любишь? — послышался шёпот.

— Врать не стану. Чего нет, того нет. Но зато ты очень, очень меня привлекаешь. Тебя это устраивает?