– Да нет, предложил перевод на время.

– Да ну? Куда? – тут же полюбопытствовала Вика.

– По дружбе – в пресс-службу, – мрачно отозвалась.

– М-да… Удружил Артурович, – протянула рыженькая, как белочка, журналистка и тряхнула длинными локонами идеальной укладки.

Сама я щеголяла чаще всего со стянутыми в хвост волосами темно-шатенистого оттенка. Признаюсь, не раз мне хотелось обрезать их коротко. Потому как длина требовала ухода. А в командировках порой даже помыться было проблемой, так что…

Но я пока держалась. Все же почти до пояса коса… Ну, когда руки доходили ее заплести. А уж когда нужно было сотворить прическу из моей копны, то приходилось высиживать в кресле стилиста по часу.

Впрочем, невелика печаль. А вот то, что все же придется подчиниться воле начальства, еще как огорчало. Я бы даже сказала, горчило так, что горло драло. Нет, мозгами-то я понимала, что Артурович прав. Он матерый лис и знает, как лучше, но… профессиональная гордость бунтовала.

Вика, видя мое состояние, решительно оттолкнула от себя стол и прокатилась на роликах кресла с полметра.

– Карин, у тебя такой вид, словно ты сейчас устроишь всем армагеддец, – заметила рыжая, которая неплохо меня знала.

За то время, что мы работали вместе, как-то так получилось, что мы стали если не подругами, то хорошими приятельницами.

– «Словно» здесь лишнее, – откликнулась я, прикидывая, что для окружающих сейчас безопаснее: чтобы я была в редакции или все же поработала оставшуюся половину пятницы из дома.

– Тогда тебе точно надо развеяться! – с оптимизмом заключила Вика.

Я промолчала. Не в знак согласия. Нет. Это было выражение моего абсолютного недоумения: как она дошла до таких мыслей? Иначе говоря – я знатно охурмела. И охурмевала над Викой с чувством полного права вплоть вечера. А после – уже офигевала над собой. Потому как каким-то немыслимым образом я оказалась в ночном клубе в компании рыжей бестии!

Здесь царила атмосфера безудержного веселья. Ритм, бивший по ушам, оглушал и заставлял забыть о том, что осталось в реальности, за этими стенами. Темноту разбавляли мерцавшие огни и вспышки света, которые выжигали из головы все мысли. Лишь движения. Лишь пульс. Лишь прерывистое дыхание. Тут только они выражали во времени и танце радость, счастье, отчаяние, грусть, зависть.

Я двигалась в такт музыке вместе с Викой, порой ловя на себе чужие взгляды. Да, на нас оглядывались, кто-то даже пытался заигрывать, знакомиться: все же атмосфера располагала. А иные пришли сюда и вовсе с определенной целью, когда сначала вертикально как бы невзначай притрагиваются, а потом конкретно и горизонтально притрахивают… В смысле с удовольствием проводят время этой ночью без обязательств в виде совместного утра и знакомства, для которого постель, как известно, не всегда повод.

Но мне это все было не нужно. Я пришла сюда ради движения. Чтобы сбросить всю накопившуюся злость, выдохнуть, перезагрузиться. И, кажется, мне это удалось. Юбка легкого, воздушного платья цвета морской волны порхала в воздухе во время поворотов, даря ощущение свободы. Вика рядом со мной зажигала вовсю. В своем облегающем серебристом и ультракоротком платье она выглядела ходячей провокацией для всех мужчин в возрасте от семи до семидесяти. Рыжая сверкала не хуже шара над головой, когда двигалась под отчаянно бешеный бит.

Но тут музыка сменилась медленной, намекавшей на то, что пора бы определившимся парочкам перестать дергаться, как в припадке, и поизображать добропорядочные (и не очень) столбики.

– Я не прочь промочить горло, – выдохнула Вика и помахала ладонью у лица в попытке хотя бы так освежиться.

– Только за! – поддержала я. Ткань платья хоть и была воздушной, но сейчас прилипла к мокрой спине. Хорошо хоть, подол, благодаря антистатику, не льнул к ногам и потому не пропитался потом.

Перекинув сумочку через плечо, я за рыжей направилась к барной стойке. Народу там было прилично. Так что пришлось ждать в очереди за коктейлем.

За то время, что я наблюдала за барменом, который оказался настоящим виртуозом, успела несколько раз передумать, что именно хочу заказать. А когда взгляд случайно упал на название «Огненный холод», поняла: мне нужно это попробовать! Все же интересно, как вживую выглядит данный оксюморон. Так что после того, как Вика получила свой мохито, попросила сделать мне «холод».

Я ждала, пока готовили коктейль, положив локти на барную стойку. И так получилось, что левым я невольно задела соседа – высокого широкоплечего блондина, который о чем-то увлеченно беседовал со своим другом, повернувшись ко мне затылком.

Меж тем бармен ловко слоями оформил лимончелло, ликер и джин, украсил все это соломинкой и жестом фокусника поджег. Пламя полыхнуло. Его желтые языки взмыли вверх, оттенив насыщенную голубизну плескавшейся на дне жидкости. Ну точно айсберг вдруг загорелся.

Я чуть отшатнулась в сторону, толкнув типа слева. И тут же мужской локоть дернулся, оттого что сосед подпихнул меня под руку, которая была рядом с коктейлем. Пальцы дрогнули, ударили о стекло, стакан опрокинулся, и огненная жидкость разлилась по стойке. Я не успела отпрянуть, как тут же вспыхнули мои волосы.