— Я не беременна, — выдала она совершенно неожиданно. Секунда. Чуть напряженная усмешка в ответ. И сделанное вслух признание:

— А вот эту новость был бы рад услышать, — развернув ее к себе лицом, медленно склонившись, коснулся губами губ. — С таким твоим напряжением у нас ничего не выйдет. Я не насилую женщин, Рита. — продолжал он тихо, лаская сквозь ткань ее небольшую грудь. Руки медленно проделали путь к талии, легли на бедра. Женская форма, не узкая. На миг представил ее на постели, с разведенными ногами, с пульсирующим от желания заветным местечком. Дышать стало трудно. Стоп!

— Лёш, я, — что собиралась сказать, из головы вылетело. — Господи, сумасшествие. Прости, сама не понимаю, — прошептала она едва слышно.

До сих пор в постель лечь с мужиком было без проблем. Что за ступор включался с Константиновым. Впрочем, если вспомнить, что последний раз партнер, так, кажется кавалер по сексу называется, менялся в её жизни почти десять лет назад…

— Нормально все, — заверил Константинов, неожиданно оставляя ее и отходя к столу.

4

Самый запад России. — Думаешь, если напоишь… — медленно заговорила Рита, наблюдая за тем, как Константинов наполняет легким вином бокалы.

— Открою великую тайну, я не занимаюсь любовью с пьяными женщинами, — с незнакомой полуулыбкой хищника проговорил тот, делая глоток вина из одного бокала, а второй протягивая Рите.

— А как же выражение — лучшая любовница — пьяная… — она осеклась, резко смолкнув.

— Жена, — подсказал он, не став акцентировать внимание на заминке. — Очень надеюсь, что женой моей, придет время, ты стать не откажешься.

Вздрогнув, слишком резко отступила. Едва не упала, оказавшись поддержанной Константиновым. А вот вино из бокала оказалось на его рубашке и ее платье.

— Кстати, отличный метод быстро раздеться, — насмешливо обронил он, задержав взгляд на соблазнительном декольте её платья. Заметив во взгляде молодой женщины тень необъяснимого испуга, спокойно улыбнувшись, продолжал — Как мужчина, начинаю первым…

Как завороженная, следила за тем, как неторопливо расстегивает пуговицы рубашки. Вытаскивает ту из брюк. Как-то давно кавалеры при ней не раздевались. Обычно, пока заглядывала в душ, дожидались уже в постели, а ей предлагалось раздеться самой.

Сделав еще один небольшой глоток из своего бокала, протягивает ей, наблюдая, как пьет маленькими глотками вино. Кончиком язычка облизнула нижнюю губу, слизывая капельки. А он представил, как она это проделывает с его… Возник вопрос: она, вообще, минет делает? На сколько хорошо должен попросить, чтобы… Черт, — мысленно чертыхнулся в собственный адрес. В постель как уложить неизвестно. С этим бы сперва разобраться. Отведя взгляд, медленно выдохнул.

— Что ж ты так напряжена? — прошептал он, касаясь губами её губ. Без нажима, мягко. — Не покусаю, только если мягко и нежно… — и снова легкий поцелуй. — Давай сразу по-взрослому. Если есть какие-то пожелания или что-то не должен делать, не молчи, скажи.

— Это глупость будет…

— Глупость? — еще несколько расстегнутых пуговок. С самого себя удивлялся. Не было желания сделать все по-быстрому. Хотелось целовать, ласкать, дарить себя. Свое внимание. Это — любовь? Получается, до этого — не любил? — Рита, несколько моментов обозначу сам: женская грудь до второго размера мне нравится больше, чем начинающаяся от третьего. Для меня не играет большой роли, какое на тебе сейчас нижнее бельё. Оно на тебе, надеюсь, будет не долго. И мне без разницы, есть у тебя педикюр или нет. Все страхи перечислил?

— Самый главный забыл… — проговорила она ему в тон, не возражая относительно полностью расстегнутого платья.

— Внимательно слушаю… — заверил Алексей, замирая в ожидании. — Рита, что…

— Я не самая лучшая любовница. Не уверена, что смогу…

Черт знает, какие у неё там могут оказаться комплексы. Разбираться с ними будут позже. Сегодня, не смотря на все проблемы, всё же планировал доставить удовольствие обоим. Хотя, нет, в первую очередь — ей.

— А тебе сейчас ничего и не надо делать, — его теплые губы в нехитрой ласке коснулись её шейки, начав медленное перемещение к груди. — Только ситуацию отпусти. Остальное делаю сам. Просто разреши.

— Это как — сказать разрешаю? — попыталась Рита сохранить привычный самоконтроль.

— Расслабься, — медленно расстегивая лиф ее платя, прошептал Константинов ей в ушко. — Просто расслабься.

Задержал дыхание, когда ее ладошки коснулись груди. Сама потянулась к его губам. Ответный поцелуй. На этот раз более чувственный. И она — ответила! Глубоко, страстно! Не отрываясь от ее губ, стащил с себя рубашку. Отбросив в сторону, сомкнул руки у нее за спиной, нащупав застежку самой хитрой части дамского гардероба. Справиться бы с той теперь. Ее судорожный вздох.