Черт, я терпеть не мог переписываться. Нам нужен был настоящий, честный разговор с глазу на глаз, который было бы чертовски сложно организовать, если я даже не мог придумать, как пригласить ее на чизбургер. Она ела чизбургеры?

Наверное, мне следовало сказать больше на той скамейке. Задать больше вопросов. Но было слишком много эмоций, и они сделали меня бесполезным. Чем крепче я запирал их внутри, тем упорнее они пытались вырваться.

— Раш, поговори со мной. Я волнуюсь, — в его голосе была мягкость, которой я раньше не слышал.

Маверик был грубым и прямолинейным. Обычно он говорил то, что приходило ему в голову. Но он был моим лучшим другом во всем мире.

Возможно, мне следует сказать ему правду.

Несмотря на всю свою прямолинейность, он был одним из самых логичных людей, которых я когда-либо встречал. Он изучал экономику, и за годы, проведенные в «Университете Сокровищ», я понял, что ему почти не нужно было учиться. Мав всегда говорил, что это потому, что экономика основана на здравом смысле. Это, а также то, что он был слишком умен для своего же блага.

Я вздохнул, потирая рукой заросший щетиной подбородок. Я не брился пару дней, и жесткие волосы царапали ладонь.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Ни хрена себе, — пробормотал Маверик.

Я вдохнул, задерживая дыхание в легких, пока они не начали гореть. Затем, на выдохе, я сказал правду.

— От меня забеременела девушка.

О, черт, это прозвучало плохо. Дешево и сердито. Мне определенно нужно было это немного доработать. Вот только я не мог сказать: «Фэй беременна», потому что никто не знал о Фэй.

Когда я посмотрел на него, у Мава отвисла челюсть, а брови поднялись так высоко, что почти касались линии роста волос.

— Повтори это еще раз.

Я сглотнул.

— У меня будет ребенок.

Лучше. Это прозвучало лучше, но все равно это был не самый лучший способ сообщить новость. Теперь мой голос звучал холодно и отстраненно.

Прежде чем я расскажу родителям — мысль, от которой у меня внутри все перевернулось, — мне нужно было найти более мягкий и теплый способ сбросить эту бомбу. Завтрашняя проблема.

— С Холзи. — Мав со щелчком закрыл рот, прежде чем скривить губы. — Я, черт возьми, знал, что она заманит тебя в ловушку. Я говорил тебе быть с ней осторожным. После всего того дерьма, что произошло на первом курсе, я предупреждал тебя, чтобы ты ей не доверял. Посмотри, что она со мной сделала.

— Ого. — Я поднял руку. Ладно, возможно, Маверик не может быть логичным сейчас. — Это не Холзи.

Его брови снова взлетели до небес.

— Нет?

— Нет.

— Кто?

— Помнишь тот вечер, когда мы ходили в «Леджендс»?

Маверик щелкнул пальцами.

— Рыжая.

— Фэй.

— Чувак. — Он глубоко вздохнул, качая головой. — Твою мать.

— Типа того, — пробормотал я.

— Ты в порядке?

Я пожал плечами.

— Конечно, ты не в порядке. — Он соскользнул со стула и принялся расхаживать у барной стойки. — Так вот почему ты не пришел домой в тот вечер на прошлой неделе.

— Да. Это была та ночь, когда я узнал.

— Ты был с ней?

— Нет. Мне, э-э, нужно было немного побыть одному.

— Черт, Раш. Что я могу сделать?

— Я не знаю. — Я взял свой телефон и разблокировал экран. Появилась моя переписка с Фэй, и пустое текстовое поле, казалось, отскочило от стекла, вспыхнув у меня перед глазами, как стробоскоп.

Что написать? Почему это было так сложно?

Если я дам свой телефон Маверику, сможет ли он придумать, что написать? Что, если я попрошу его поделиться планом? Пусть он сам во всем разберется.

— Что вы, ребята, собираетесь делать? — спросил он.

— Она хочет оставить ребенка.

Он кивнул, все еще расхаживая по комнате, уперев руки в бока.

— Хорошо. Тебя это устраивает?

— Да. — После истории, которую Фэй рассказала мне о своей матери? Безусловно, да. Я бы никогда не попросил ее сделать аборт.

— Хорошо. — Он хлопнул меня по плечу, на секунду сжав его, прежде чем вернуться на кухню.

Старшая сестра Маверика, Мэйбл, забеременела в старших классах, и, хотя это потрясло их семью, ему нравилось быть дядей. Он был свидетелем трудностей своей сестры, но знал, что каждая из них того стоила.