Дотащив сейф до самолёта понял, что я полный идиот. Его вообще не было смысла тащить на двадцатый этаж ведь улететь я на нем все равно отсюда не смогу. Хотя, если постараться… Из внезапно возникшей идеи так ничего и не вышло — реверсные двигатели так и не заработали, а пытаться выталкивать многотонную машину из окна было бы максимально глупо.

В итоге все оставил как есть и принялся за реализацию уничтожения всего живого в научном центре. Для этого нужно было всего ничего. Открутить оставшиеся три ракеты, отнести их вниз и равномерно раскидать от первого до последнего этажа, чем я и занимался примерно около часа. А потом, отойдя значительно дальше, чем в прошлый раз подорвал все три разом.

Фейерверк вышел что надо! Огромный огненный гриб поднялся над землёй метров на пятьсот, а землю под ногами трухануло так, что сам едва не труханул. Так что с чувством выполненного долга, после феерического уничтожения научного комплекса позвонил Биллу и поинтересовался о своих дальнейших действиях. Особенно меня интересовала эвакуация и транспорт в целом, но профессор огорчил меня сказав, что такая возможность появится только ближе к вечеру и только по земле. Ведь рисковать ещё одним летательным аппаратом в зоне аномальных электромагнитных возмущениях никто не будет. А для ускорения этого процесса он предложил ещё и пройти немного в сторону города. Километров сто, если быть точным. В целом не так уж и много, но сейф с собой тащить отказался на отрез. Пусть сами его вытаскивают с двадцатого этажа и тащат куда надо. Вместе с самолётом, конечно.

Перед отправкой в сторону города решил забрать необходимые вещи и заодно убедиться, что место моих эмоциональных и физических мучений навсегда погребено под слоем камня и пыли и что вариантов там выжить нет ни у кого. Оказалось, что немного перестарался… Особенно, когда увидел полуразрушенное здание и лежащий брюхом кверху на земле летательный аппарат. Сразу вспомнил про сейф при отсутствии которого мне вряд ли заплатят. Пришлось немного поковыряться в обломках и здоровенный металлический кирпич хранящий в себе невероятно ценные данные был вскоре найден в первозданном виде, даже не покоробило нигде. Вот могут же, когда хотят! А вот в целостности содержимого лично я очень сомневался. Всё-таки двадцатый этаж, взрывная волна и все такое… Ну ничего, профессор потом сам проверит. Надеюсь он будет доволен. Но это все потом, а пока меня сильно интересовали итоги взрыва.

Добравшись до точки назначения быстро пошел обратно. На месте, где ещё полдня назад находился огромный исследовательский центр не было ничего кроме воронки в пару километров и немного повышенного радиационного фона. Ну и жарковато, конечно. После такой температурной обработки земля ещё остыть не успела.

Вернувшись назад к самолёту увидел торопливую колонну из плотожеров направлявшихся в мою сторону. Заметив меня они бросились кто куда, ускоренно протискиваясь в щели руин или просто скрываясь за ближайшими углами домов. И уже оттуда любопытно выглядывали и скалились в мою сторону.

Решил их не трогать. Жалко стало. Они итак судьбой обделённые: лысые, страшные, худющие, да и дома я их лишил, и потомства тоже… В общем внезапно проснувшийся гуманизм и любовь ко всему живому оставили шанс на развитие местной популяции. Угрозы они мне все равно никакой несут, а убивать их ради забавы… Свой план по количеству трупов я на сегодня итак перевыполнил.

Но забравшись в разворошённый грузовой отсек и принявшись выгребать из него все свое добро сразу пожалел о своей сердобольности. Внутри было все на месте: патроны, капсулы с витаминами и минералами, консервы, куча сублимированной высококалорийной пищи, различные гаджеты, что выделил мне корпус, а вот самого главного — мешочка с вкусными шоколадными печеньками то не было. Я их специально взял с собой, чтобы душу и желудок после стресса отвести, а эти твари на самое святое позарились! Ну, суки, видит бог я по-хорошему хотел!

— Товарищ майор, разрешите обратиться? — несколько взбудораженный голос сержанта сразу привлек внимание командира сидящего за столом. Он не любил, когда его беспокоили по пустякам во время обеда и все это знали. Поэтому прерывать его трапезу решались лишь в особенных случаях. Пребывая в неплохом настроение майор по-свойски махнул рукой, разрешая войти.

— Чего тебе, сержант? — безразлично ответил майор Шульгин. — Только быстро.

— Наши техники наконец восстановили установку «Витязь XS»…

— Я уже час как в курсе, — недовольно рявкнул командир разочарованно оторвавшись от кружки горячего чая. — Свободен!

Сержант так и остался на месте пытаясь понять стоит ли ослушаться приказа и продолжить на свой страх и риск.

— Но сэр, — неуверенно начал сержант поймав на себе гневный взгляд. — Вы же приказали сообщить, если мы найдем нечто странное.

— Неужели нашли? — с ухмылкой ответил майор. — У тебя десять секунд и одна попытка меня удивить. Иначе завтра ты будешь уже младшим сержантом.

— Согласно полученных данных перед разрушением установки системой был получен результат теста в десять раз превышающий показатели остальных участников — протараторил сержант зная, что слова командира это не пустой звук.

— Во сколько раз? — майор удивлено переспросил, встал из-за стола и молча отправился к выходу. — Какой коэффициент сопротивления? Фамилия испытуемого? Есть видеозапись теста?

— Коэффициент сопротивления — семь десятых против семи сотых лейтенанта Санрайза. Все записи есть. Испытуемый — Эдвард Гаррисон, числится в южном отделе корпуса.