И так с каждым мальчишкой. С каждым следовало хорошенько поработать, прежде чем они начнут заявлять о себе в большом футболе.

В свой самый первый день в качестве главного тренера Леонида встретили овациями. Он был кумиром для этих пацанов. Теперь же следовало стать авторитетом.

Лёня никак не готовился к первой встрече, нужные слова пришли сами собой.

– Нам всем предстоит проделать большую работу. Если вы хотите подняться до уровня мировых звезд, вам придется изрядно попотеть. Расслабляться никому не позволю. Мы будем тренироваться столько, сколько потребуется для того, чтобы начать внушать страх соперникам. Пусть боятся нас. Тренировочная база должна стать для вас домом. Каждый из вас должен научиться принимать мяч из любой позиции и под любым углом. Сейчас вы заточены на длинных передачах. Забудьте. Передачи могут быть разными. Вам не должно быть равных в опережении противника, в умении легко ускользать от защитников и наносить точные удары по воротам.

Азарт в глазах молодых футболистов говорил лучше всяких слов – парни готовы биться.

Два месяца Леонид трудился практически двадцать четыре часа в сутки. Вставал в шесть утра, наспех приводил себя в порядок, завтракал и к семи уже находился на тренировочном поле.

Много сил отбирала административная работа. Лёня хотел построить футбольный клуб, а не просто создать крутую футбольную команду. К счастью, председатель совета директоров Кочин Вадим Сергеевич поддерживал все начинания Арефьева и сильно помогал в преодолении решения вопросов федерального уровня.

Вместе они прилагали дьявольские усилия для реформирования и перестройки устаревшего в своем консерватизме клуба, привлекая весь обслуживающий персонал – от секретарей до штатного доктора.

Леонид начал ремонт стадиона за свой счет. Начал с раздевалок. У мальчишек должны быть комфортные раздевалки с закрывающимися шкафчиками и хорошими душевыми.

Кочину удалось привлечь спонсора. Как ни удивительно, но им стал крупный производитель кормов для животных. Пусть так. Главное, производитель дал денег на реконструкцию трибун.

– Директор фирмы твой большой фанат, – объяснил Вадим Сергеевич, каким образом ему посчастливилось найти первого спонсора.

Связи самого Арефьева в футбольном мире позволили заключить выгодные подряды на пошив формы и стрижку газона.

Насущным вопросом, можно сказать, первостепенным, являлся вопрос оплаты футболистам. Ребята только-только покинули молодежку. Ярко о себе пока не заявили и заработок имели плачевно низкий, особенно в период межсезонья. Большинство парней из команды были вынуждены добывать себе средства к существованию и после тренировок мчались на работы. Это следовало прекратить. Усталость и рассредоточенность, безусловно, влияли на качество игры.

Лёня написал в Футбольную ассоциацию и обратился в несколько благотворительных организаций, поддерживающих спорт и спортсменов. Пока ожидал ответов.

Одни вопросы решались, другие накапливались. При такой высокой нагрузке в клубе Леониду было совсем не до женитьбы, тем более на незнакомой барышне. Ведь придется как-то проводить с ней время. О чем ему вообще разговаривать с малолеткой? Об искусстве? Кажется, мама упоминала, что девочка окончила что-то там художественное. Но вот беда, он-то в этой теме как раз полный профан.

Перед тем как приступить к своей новой работе у Арефьева состоялась долгая беседа с главным тренером клуба «Трезубец», за который он играл много лет, и Шамдин Руслан Александрович дал ему много ценных советов.

– В тренерской работе надо уметь переключаться, – сказал он. – На дом, семью, хобби, путешествия. Иначе футбол поглотит тебя, лишит других радостей, кроме как спортивных побед.

Лёня решил воспользоваться советом Руслана Александровича и непредвиденными обстоятельствами. Решил ненадолго переключиться. У его семьи квартира в Париже. Почему бы не позволить себе короткий отдых?

Пока ожидал посадки на свой рейс, открыл фотографию, сохраненную в памяти телефона. Увеличил снимок. Блондинка все также не вызывала сердечного трепета.

– Что ж, Майя Баренцева, – криво усмехнулся он. – Увидимся через две недели.

Майя прогулялась по площади Шатле, названной по имени старой крепости, сфотографировалась у колонны, воздвигнутой в честь побед Наполеона Первого, купила себе эскимо и устроилась на бордюре фонтана Шатле, украшенного сфинксами и статуями.

Как же хорошо, – прикрыла она глаза, наслаждаясь теплой погодой и вкусом сливочного мороженого в шоколадной глазури.

Шоколад оставался на губах, но Майя сейчас не заботилась о том, как выглядит со стороны. Поблизости нет мамочки, которая пришла бы в ужас лишь оттого, что дочь сидит на бордюре, пусть и знаменитого фонтана.

В Париже у их семьи своя небольшая квартирка, купленная еще дедом-эмигрантом, и Майя иногда сбегала сюда просто для того, чтобы сменить обстановку. Хорошо бы, конечно, Лолка полетела с ней. Лола умеет веселиться и выдумывать приключения. Общество подруги избавило бы ее от невеселых дум о навязанном женихе. Как ни старалась не думать, образ Георгия то и дело всплывал в памяти. Парень ей совсем не нравился.