– Что... прошло?
– выдавил из себя Бортинженер.

Боясь поверить себе, Исследователь кивнул головой.

– А у меня все еще болят!
– мрачно отозвался Навигатор.

– Отправляйте информацию!
– мужественно повторил Командир.

Исследователь взялся за одну из ручек, и тут же его лицо снова скривилось. Повинуясь первому побуждению, он повернул ручку в прежнее положение, и его лицо опять посветлело.

– Друзья!
– пробормотал он...
– Кажется... я... эврика... Идите все сюда... ближе...

Мгновение спустя все члены экипажа звездолета как можно теснее прильнули к панелям приемопередатчика. На их лицах играли счастливые улыбки. Исследователь делал какие-то быстрые расчеты с помощью портативного электронного мозга. Наконец он подвел итог, выпрямился, вздохнул и включил приемопередатчик на какой-то определенный, рассчитанный им режим. Тотчас же на приемных экранах вспыхнуло изображение, появились лица инопланетян, коренных обитателей этого мира (ничем они не отличались от землян!), изображения чужих городов, которые понемногу трансформировались в привычные земные слова и цифры...

И полчаса спустя земляне знали уже все.

– Господи!
– давясь от смеха, пробормотал Командир.
– И хороши же мы оказались в их глазах!

– Но кто же знал, кто же знал, - с трудом выговорил Исследователь.

– Нет, тысячелетия...
– Навигатор смахнул выступившую от приступа смеха слезу.
– Тысячелетия... И никто ничего не мог понять... Никто...

– Шалфеем полоскали, - выдавил из себя Бортинженер.

Раздался громовой взрыв хохота.

– А зубные врачи, зубные врачи...
– простонал Командир.

На его глазах выступили слезы. Но усилием воли Командир взял себя в руки.

– Значит, так. Заношу в бортовой журнал. Направленное информационное излучение жителей планеты Этаны, которое тысячелетиями направлялось в сторону Солнечной системы, было рассчитано на то, чтобы возбудить колебания в зубных нервах и этим дать понять людям, что идет передача. Для того чтобы преобразовать информацию в звуковой и изобразительный ряд, необходимы были соответствующие приемники, в которых электромагнитные колебания возбуждались бы с той же частотой, что и в нервах. Когда частота совпадает, зубная боль, понятно, исчезает. Однако тысячелетия...

– Да, никто так и не мог ничего понять!
– смеясь, перебил Бортинженер.

Лицо Командира помрачнело. Ему вспомнились века страданий, которыми заплатило человечество за непонимание. Впрочем, земляне уже знали: в жестокости жителей Этаны трудно было обвинить. Колебания в нервах возбуждались с таким расчетом, чтобы человек, разумное существо, должен был ощущать их лишь в самой слабой степени. Однако то, что ответной информации с Земли не поступало, заставляло жителей Этаны постепенно увеличивать мощность. Впрочем, информационный поток за миллиарды километров, конечно, рассеивался, и зубы у землян болели не все и не у всех. К тому же, разные люди наделены разной степенью чувствительности и восприимчивости.

Навигатор вновь зашелся в неудержимом приступе смеха.

– А ведь причины зубных болезней и до сих пор были неизвестны!

– Да, каких только не было медицинских гипотез, - подхватил Исследователь.
– А зуб просто не выдерживал перегрузок.

– И на Земле у кого-то и сейчас зубы болят, - простонал Навигатор.

– Шалфеем полощут, - с трудом выдавил из себя Бортинженер, и в рубке снова грянул взрыв хохота.

– А ведь, действительно, все так просто, - задумчиво молвил Исследователь.
– Ведь нерв - самый чуткий приемник. И достаточно было простой приставки-преобразователя... Нет, для разгадки, оказывается, нужен был еще и наш звездолет!..

Командир, как и полагается Командиру, опомнился первым.

– Время!
– сказал он, посмотрев на часы.
– Они ждут, пора выходить из звездолета. Все-таки - первый контакт!