– Конечно, миссис Грако. Это было бы здорово.

– Лучше не надо, - глаза Барри упали на пол.
– Не хочу оставлять маму дома одну.

Элизабет нахмурилась на это странное заявление, но ничего не сказала. Она снова поморщилась от резкого запаха уксуса в воздухе. Материнский инстинкт подсказывал ей, что Тимми и его друзья что-то замышляют, но он также подсказывал ей, что это, скорее всего, не то, из-за чего они могут пострадать, погибнуть или попасть в беду, и поэтому она решила отпустить их. Отпустить - это то, с чем она боролась. Неважно, сколько Тимми лет, она все еще думала о нем как о своем маленьком мальчике и все еще волновалась. Она полагала, что так будет всегда, даже когда он станет взрослым.

– Гамбургеры и картофель фри, - сказал Даг.
– Это будет в самый раз. Что на десерт, миссис Грако?

– Черничный пирог, - oна погладила Дага по голове.
– Я позвоню твоей маме и удостоверюсь, что все в порядке.

– Не нужно, - сказал Даг.
– Она, наверное, все равно не ответит.

– О?
– Элизабет изогнула брови.
– Она вернулась к работе? Рада за нее!

– Нет, она просто проводит много времени во сне.

– О...

– Мама, - прервал Тимми, избавив друга от дальнейшего смущения, - мы вернемся к ужину. А сейчас нам нужно кое-что сделать.

– Что?

– Не могу тебе сказать. Это совершенно секретно.

Его мать улыбнулась.

– Вернись к четырем. Твой отец будет голоден, и если ты не придешь поесть, ты сделаешь его ворчливым.

– Будет сделано.

Все трое выбежали на улицу, собрали свое вооружение и пошли по подъездной дорожке Тимми, направляясь в сторону дома Дага.

Барри посмотрел им вслед.

– А твоя мама не удивится, почему мы оставили наши велосипеды?"

– Нет, - сказал Тимми.
– Она знает, что Даг не может крутить педали ногой. Она просто подумает, что мы пошли к ручью или еще куда-нибудь.

На краю участка Тимми они свернули налево и поехали по Лафман-Роуд, которая неуклонно поднималась в гору, а через полмили выровнялась. Густой лес окаймлял обе стороны дороги, а справа от них находился лес Боумана. Если бы мама Тимми действительно наблюдала за ними из окна, она бы решила, что они идут к ручью, как он и планировал. Но вместо того чтобы идти по тонкой тропинке в лес, они продолжили подниматься вверх по холму и скрылись из виду его матери. Дорога становилась все темнее, с обеих сторон ее затеняли высокие дугообразные деревья. Казалось, они нависают прямо над головой, словно пытаясь заслонить солнечный свет. В их тени было прохладнее, но и тревожно.

Даг прихрамывал, слегка приволакивая поврежденную ногу.

– Ты в порядке?
– спросил Тимми.

Улыбаясь, Даг показал ему большой палец вверх.

– Лучше не бывает. Твоя мама хорошо меня подлечила. Она такая милая.

– Сейчас ты так говоришь, - насмехается Тимми.
– Но я готов поспорить, что ты изменишь свое мнение, когда она приготовит брокколи на ужин и скажет тебе, что ты не можешь смотреть "Команду "А", пока не доешь.

– "Команда "А" - это глупость. Ты когда-нибудь замечал, что они выпускают в плохих парней десять тысяч чертовых пуль, но никогда ни во что не попадают? Никто никогда не убит и не ранен.

– И что? Мне нравится.

– Ну, мне нравится брокколи, и мне нравится твоя мама.

– Хочешь поменяться?

Улыбка Дага исчезла.

– Не думаю, что ты захочешь это сделать, Тимми.

– Почему нет?
– поддразнил Тимми.
– Ты передумал?

– Нет. Просто я не думаю, что моя мама тебе бы очень понравилась...

– Да, - голос Тимми стал мягче.
– Наверное, ты прав.

Дальше они шли молча.

На вершине холма Лафман-роуд выровнялась, открывая прямой путь к дому Дага. Слева от них лес исчез, уступив место акрам огороженного пастбища.

Из-за Кэтчера им еще предстояло перелезть через забор и исследовать территорию. Среди полей бродили и паслись дойные коровы мистера Сойера. Несколько из них стояли недалеко от дороги и смотрели на мальчиков по ту сторону забора широкими немигающими глазами. Тимми однажды слышал, как его отец сказал, что у коров самое глупое выражение лица из всех божьих созданий, но Тимми с этим не согласился. Он считал, что коровы выглядят грустными. По его мнению, в их глазах была тоска, желание, чтобы они могли выйти за ограду и пастись по другую сторону дороги. Трава в лесу Боумана, должно быть, казалась им зеленее.

– Му, - позвал Даг, его настроение снова поднялось.
– Муууууууу!

– Перестань, - предупредил его Тимми.
– Если Кэтчер услышит нас, он прибежит.

– Но разве мы не хотим этого на этот раз?

– Да. Но я также хочу быть готовым к нему. Это нападение исподтишка. Не зови его, пока мы все не подготовим.

Кивнув, Даг отошел от коров и начал тихо напевать песню Морриса Дэя и группы The Time. По мере приближения к дому Сойеров его хромота становилась все более заметной, а темп движения замедлялся.