Лицо горкомовца просветлело.

— У меня друг — председатель лобненского суда. Каждую субботу на рыбалку с ним ходим.

— Подледный лов? — с интересом посмотрел я на него.

— И он тоже. Если тишком поменять юридический адрес Истока на Лобню… Они же там сто лет судиться будут.

— Ну вот, — одобрительно кивнул я, — начинаете соображать. Но нужен свой нотариус, который не побоится все оформить по-черному.

— Есть такой! — обрадовался Фельдмаршал. — Лев Степанович Гершинсон. Он эмигрировать из страны собрался. В Израиль. Так сказать, на историческую родину. Оформит все — комар носу не подточит. Не бесплатно, конечно.

— Не рассчитывал на такой подарок, — усмехнулся я.

— Фонды потребуются, — солидно намекнул Константин Георгиевич. — Представительские! Чтобы костер дружбы горел, туда все время нужно бросать дрова.

— Дадим, — кивнул я. — Вперед, фельдмаршал! Труба зовет. Но сначала разведка. Кто заместитель, кто главный бухгалтер. Хорошо бы достать образцы подписей на каких-то документах, прайс-листы, где склады. Прикинуть обороты.

— Помощники мне нужны. Одному такую операцию не провернуть.

— Ищите. Желательно каких-то отставников из органов.

— Хорошо, займусь.

Наш Фельдмаршал хотел было щелкнуть каблуками, но передумал и исчез, вновь обретя смысл жизни. Общение с власть имущими в роли подателя материальных благ — нет доли слаще для человека, подобного ему. Статус и связи нарабатываются просто по щелчку пальцев. Только успевай бросать чужие дрова в костер своей собственной дружбы с нужными людьми.

Спустя пару дней объявились ниишные беспредельщики. И получилось это так…

— Сергей Дмитриевич! — услышал я в трубку телефона сдавленный голос зама по хозчасти. — Тут люди какие-то пришли, руководство спрашивают.

— Ну, так вы и есть руководство, Иван Тихонович, — не понял я сначала.

— Это по вашей части, — загробным голосом произнес он, а я прикрыл трубку и крикнул пацанам, которые резались в карты.

— Шухер! Братва на терки подвалила!

Все тут же подорвались, а карты оказались отброшены в сторону.

— Ну так проводите их ко мне в кабинет, — совершенно другим тоном сказал я в телефон, глядя, как бойцы готовятся к долгожданной встрече. — Скажите, что я зам по безопасности на этом объекте.

Копченый и Карась дослали патрон в своих Макаровых, Штырь забил два двенадцатых с картечью в зверски изуродованную охотничью двустволку. А вот Китаец достал нунчаки, вызвав у меня приступ зубной боли. У нас тут что, разборка или кино с Джеки Чаном?

— Димон, дружище, я тебя заклинаю, — сказал я, едва сдерживая рвущийся наружу мат. — Убери эту хуету подальше!

Не удержался-таки, а ведь стараюсь отвыкать, работаю над собой. Вот придурок! Насмотрелся фильмов своих по видаку.

— Да ладно! — обиделся Китаец. — Классная же штука.

— Убери! — рявкнул я.- Сюда не клоуны придут. Делаем, как договорились. Налажаешь, я тебе эти зубочистки в жопу засуну. Просто сиди и молчи. Насилие только в крайнем случае! А ну, сделали приличные лица! Мы же в храме науке, балбесы!

Впрочем, последнее оказалось лишним. Те, кто к нам зашли, прилично выглядели, пожалуй, только на фото у елочки. Когда стишки Деду Морозу рассказывали. Два шкафообразных молодых человека в кожаных куртках протиснулись в дверь, оставив за ней бледного Ивана Тихоновича. Судя по выражению его лица, он впервые обрадовался, что мы почтили своим вниманием этот НИИ. А скорость, с которой он растаял на горизонте, пробудило во мне воспоминание о таком явлении природы, как мираж.

— Присаживайтесь, уважаемые, — приветливо показал я рукой на стулья. — Я Хлыст, а это близкие мои. Копченый, Троллейбус, Карась, Китаец и Штырь. А вы кто такие будете?

— Я Бурый, он Татарин, — представились парни. — Мы из Троицкой братвы.

— А чего так далеко приехали? — вежливо поинтересовался. — Бензинчик сейчас в дефиците. Могу плеснуть в бак на обратную дорогу.

— Это наша тема, — сказал тот, который Бурый, и повел рукой по сторонам — Вы кто такие будете? Под кем ходите?

Стриженный до блеска затылок и площадка из агрессивно торчащего ежика. Такова нынешняя мода. А если добавить толстые цепи на бычьих шеях и гайки на пальцах, то из них и вовсе получились эталонные рэкетиры без малейшей примеси фантазии. Они просто скопировали расхожий стереотип, и у них это неплохо получилось. По привлекательности они вполне могли посоревноваться с Копченым. Страшные ребята с оловянными глазами убийц. Я теперь понимаю Ивана Тихоновича и ту скорость, с которой он испарился. Самому не по себе стало, да и мои парни сжали стволы в карманах.