Его ледяные серые глаза впились в мои.

У нас есть Мэдди, которая исчезла с лица земли. Грейсон лежит на больничной койке. А Келлер выходит на тропу войны.

Я почесываю свою неряшливую челюсть и допиваю свой бокал. Энцо - лучший кандидат для этой работы, но даже он искал и ничего не нашел. Мы блуждаем от двери к двери. Комиссар прочесывает отчеты, совпадающие с данными Мэдди. Я обратился ко всем семьям по всей стране с просьбой оказать любую возможную помощь.

Ничего, ни единого гребанного следа.

На моем телефоне высвечивается имя «Романо», и мы с Фрэнки смотрим друг на друга. Чего он хочет?

— Лучше бы у тебя были хорошие новости, Романо.

Он смеется.

— И тебе, блядь, привет, Лука.

— Я не в настроении для очередных дебатов о торговле оружием, — я потягиваю скотч, проверяя время. Через час у меня встреча с Энцо.

Его голос спокойный, почти поддразнивающий.

— Даже если бы я сказал тебе, что у меня есть кое-какая информация о твоей маленькой блондинке, которая пропала?

Я кашляю своим напитком.

— Ты знаешь, где Мэдди? — я не могу скрыть гнев в своем голосе.

— Возможно, у меня есть кое-какая информация, которая может оказаться полезной для тебя, да. Но за это придется платить, и сначала тебе придется приехать сюда, чтобы мы обсудили сделку.

Брови Фрэнки взлетают вверх. У меня нет других вариантов. Я пообещал Грейсону, что привезу ее домой. Что я обеспечу безопасность своей семьи.

— Я буду там. Пришли мне подробности.

Я отключаю звонок и откидываюсь на спинку сиденья. Допив содержимое своего бокала, я швыряю его в стену, разбивая вдребезги о дубовую обшивку.

— Что ж, похоже, я отправляюсь в Италию. Ты со мной?

Фрэнки кладет локти на колени и смотрит в угол, где на полу валяются осколки.

— Нет. Я останусь здесь, буду приглядывать за Грейсоном. Келлер занят обучением всех новых рекрутов. Грейсону нужно, чтобы кто-то присматривал за ним.

Я не смог бы остановить своего брата, даже если бы захотел, особенно, когда Сиенна умоляла его помочь нам найти ее лучшую подругу. Я не хочу, чтобы он был в этой жизни, поэтому я поручил ему обучить ребят, которых прислал Тони.

Особенно, если это дерьмо с Романо, Капри полетит на юг, нам понадобится все, что мы сможем достать.

Я зажимаю переносицу, в висках уже начинает болеть голова.

— Я уезжаю. Перед уходом мне нужно проведать Розу. Заберу Энцо с собой. Держи меня в курсе событий с Грейсоном.

Он отдает мне честь: — Да, босс.

Что-то щелкает во мне, когда я подхожу к входной двери. Я поворачиваюсь к Фрэнки, который сидит, откинувшись на спинку стула, и что-то стучит по своему телефону.

— Ты помнишь, как выглядел тот врач, который увез ее отсюда?

Он наклоняется вперед, упираясь локтями в колени, и чешет бороду.

— Возможно, я смог бы опознать его, если увижу его снова.

— Хорошо. Отправляйся в больницу. Найди этого доктора и приведи сюда. Узнай, что он знает. Я попрошу комиссара навести справки о персонале.

Он кивает и откидывается назад.

Я достаю пачку сигарет.

— Вернусь через пару дней. Я доверяю тебе, чтобы ты все уладил за меня.

— Понял, босс.

ГЛАВА 21

Роза

Опять наступило то время месяца, когда мне не только хочется кого-нибудь пырнуть, я испытываю агонию. Как будто теперь мне в живот вонзают раскаленный нож.

Все было бы не так уж плохо, если бы Лука не выбросил все болеутоляющие из дома. Согласно инструкциям доктора Дженкинса.

И вот я здесь, свернувшись в позе эмбриона на шелковых черных простынях Луки. Крепко зажмуривая глаза, я жду, когда утихнет боль.

Бог определенно был мужчиной, если он заставляет женщин проходить через это дерьмо.

Я стону, когда перекатываюсь на четвереньки и потягиваюсь по-кошачьи, покачивая задницей в воздухе и пытаюсь выдохнуть боль, выпуская маленькие струйки воздуха через нос.

Раздается глухой удар об пол. Я подняла голову, чтобы посмотреть. Лука прислоняется к дверному косяку, а у его ног стоит дорожная сумка.

Его глаза прикованы к моей заднице, покачивающейся в воздухе.

Ухмылка расползается в уголках его губ: — Все здесь в порядке, Роза?