— Я приготовлю какао. Хочешь посмотреть фильм? — он переминается с ноги на ногу и наблюдает за мной.

Я сдерживаю улыбку.

— С удовольствием!

После того как я приняла душ и надела пижаму, у Луки на столе уже стоят две кружки какао со взбитыми сливками и огромная миска попкорна. Я присоединяюсь к нему на диване и сажусь на соседнюю подушку. Мне так и хочется придвинуться ближе, наши тела всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

Теперь его очередь выбирать, поэтому я устраиваюсь поудобнее, кладу голову на одну из его серых подушек.

Когда мои веки начинают закрываться, я трясу головой, пытаясь побороть усталость.

Лука хихикает, и я оборачиваюсь и вижу, что он с удовольствием наблюдает за мной, запихивая в рот попкорн.

— Не фанатка Супермена? — его брови приподнимаются, когда он поворачивается ко мне.

— Ммм, а кто не фанатеет от Генри Кавилла? — я смеюсь. — Я просто устала. Я думаю, все эти сегодняшние разговоры вымотали меня.

— Разговаривать — это хорошо, да?

— Хм, сегодня мы не углублялись, просто обсудили некоторые основы моих привычек, как бороться с тягой на начальном этапе, как справиться с моей… — я замолкаю. — ...травмой.

Его улыбка смягчается, и теплая ладонь поглаживает меня по колену.

— Я здесь, если захочешь поговорить. Не важно когда.

Слезы застилают мне глаза. Мне никогда никто этого не говорил. Но я не могу, у меня пока нет слов.

— Спасибо, Лука.

Он грустно улыбается мне, напоминая мне, насколько я сломлена. Мне не нужно сочувствие людей, я просто хочу снова чувствовать себя нормальной.

Я подтягиваю колени и обнимаю их, снова переключая внимание на телевизор.

— Малыш, что случилось? — от беспокойства в его голосе мои слезы текут ручьями по щекам.

Я смотрю на экран с размытыми пикселями, мои мысли возвращаются к тому дню. Я крепче обхватываю колени, задерживая дыхание. Я слышу голос Данте, что звучит в моем мозгу. Боль начинает отдаваться от моей ключицы, когда я чувствую, как его зубы впиваются в мою плоть.

— Черт, — я зажмуриваюсь.

Сегодня доктор Дженкинс научила меня технике «Квадрат дыхания». Я делаю глубокий вдох, задерживаю дыхание на четыре секунды и выдыхаю на четыре секунды, представляя, как рисуются стороны квадрата. Но не его.

Я едва слышу глубокий голос Луки, зовущий меня по имени, но я отключаюсь. Я отгораживаюсь от всего. Сосредотачиваюсь только на свистящем дыхании, представляя, как оно течет по квадрату, захватывая нарастающий страх, который угрожает вырваться наружу.

Это жажда дозы, чтобы спрятаться от него.

Через несколько минут я смотрю на Луку, который с интересом наблюдает за мной и выражение его лица теплое.

— Что это было? — тихо спрашивает он.

Я нервно прикусываю губу.

— Это был небольшой срыв, но я использовала технику дыхания, которой научила меня доктор Дженкинс. «Квадрат дыхания».

Его лицо напрягается, а одна бровь приподнимается.

— «Квадрат дыхания»?

— Да. Оказывается, это вроде как работает.

Удивительно.

— Расскажи мне, как это работает? Знаешь, на случай, если мне когда-нибудь придется помочь тебе?

Мое сердце колотится, кожа краснеет, пока он ждет моего ответа. Доктор Дженкинс попросила меня закрыть глаза и нарисовать квадрат вокруг коленной чашечки, чтобы представить форму.

— Можно я покажу тебе?

— Конечно, можешь.

Он ставит кружку на кофейный столик и ставит фильм на паузу.

Я придвигаюсь ближе к нему, ставя ноги на пол, чтобы оказаться рядом с ним. Я дрожу в предвкушении, когда наши колени соприкасаются.

— Итак, я собираюсь нарисовать квадрат вокруг твоего колена.

Он смеется.

— Ладно...

— Пока я это делаю, ты вдыхаешь четыре секунды, задерживаешь дыхание на четыре секунды, выдыхаешь на четыре секунды и снова задерживаешь так же. Ты должен представить, как твое дыхание рисует стороны квадрата, как я делаю это кончиком пальца.

— Понял, — он ухмыляется, когда я поднимаю на него взгляд.

Мои щеки пылают, и я отворачиваюсь, сосредоточившись на его колене. В ту секунду, когда мой палец касается его, я слышу, как за спиной у него перехватывает дыхание. Положив руки на его мускулистые бедра, я начинаю инструктировать его, повторяя тот же рисунок пальцами.

Он откидывается назад, его рука лежит позади меня на спинке дивана, глаза закрыты. Я пользуюсь моментом, чтобы полюбоваться им, даже когда его волосы взъерошены и первые несколько пуговиц на рубашке расстегнуты. Любая женщина пускала бы на него слюни, в том числе и я. Кому нужен Супермен, когда у меня есть свой собственный, прямо рядом со мной?