Из-за стука в голове перед глазами все расплывается. Я несколько раз моргаю и осматриваюсь. Простые серые стены и металлическая тележка в углу. Я втягиваю воздух, когда замечаю пятна крови, отпечатавшиеся на белом кафельном полу.

— Черт, — я дергаю за веревки на запястьях, которые привязаны к деревянному стулу.

Подняв взгляд на дверь, я замечаю мигающую красную точку.

Камера.

Я пользуюсь моментом, чтобы осмотреть свои руки — ни единой царапины. Я снова натягиваю веревки и пробую те, что вокруг лодыжек. Я обреченно вздыхаю, когда они не двигаются с места.

Дверь со скрипом открывается. Это не тот парень из клуба, Лука.

Нет, этот парень намного моложе, и он похож на человека из Восточной Европы. Его взгляд прикован ко мне.

Хлопая ресницами, я говорю самым сладким голосом, на какой способна.

— Пожалуйста, не мог бы ты меня развязать? Мне нужно в туалет.

Он не отвечает, просто ухмыляется и присаживается на корточки рядом со мной.

Холодок пробегает по мне, и я сглатываю желчь, когда он проводит указательным пальцем по моей голой икре.

Я бы предпочла, чтобы он выстрелил мне между глаз, чем трогал меня.

— Ты красавица, — шепчет он, скользя ладонью вверх по моим стройным ногам.

Мое сердце застряло в горле, когда он проводит пальцем по моей коленной чашечке. Я зажмуриваюсь.

Пожалуйста, нет.

Если я продержалась так долго, я смогу сделать это снова. Я повторяю эту мантру про себя снова и снова.

Я знаю, что лгу себе.

В моих кошмарах его лицо просто сливается с лицом Данте.

Грохот заставляет его подпрыгнуть, и он отскакивает назад.

Я отворачиваюсь от него, чтобы он не видел, как я боюсь. Он ведь только этого и ждет.

— Я вернусь за тобой, — говорит он, вставая. Его язык высовывается, чтобы провести по нижней губе.

По моему позвоночнику пробегают мурашки, за его тяжелыми шагами захлопывается.

Из одного кошмара попала в другой.

ГЛАВА 7

Лука

Переключив внимание на монитор, я откидываюсь в кресле и потягиваю скотч.

Роза, Роза, Роза.

Она очаровывает меня. Она даже не вздрогнула. Она не заплакала и не закричала.

Я недооценил ее силу.

Это облегающее черное платье демонстрирует все ее изгибы. Она не сможет носить его до тех пор, пока она у меня.

Размышляя о том, каково это, когда моя заложница голая, я отправляю Келлеру короткое сообщение с просьбой одолжить у его жены кое-что из одежды для моей гостьи.

Я рад, что он не спрашивает; я не уверен, готов ли я рассказать ему об этой маленькой авантюре.

Затягиваясь сигаретой, я наблюдаю, как она откидывает голову назад, позволяя своим темным локонам ниспадать на спинку стула. Мне пришлось пойти и похитить самую красивую женщину, на которую я когда-либо смотрел. Когда ее дыхание щекотало мне щеку в клубе, мой член задергался.

Открывается дверь, что привлекает мое внимание. Стряхивая пепел в пепельницу, я выпрямляюсь на стуле и наблюдаю.

Рамос крадется к ней, но она не двигается. Ее взгляд по-прежнему устремлен в землю.

Я не просил его проверять, как она. Я поднялся наверх только переодеться, прежде чем выпустить ее из подвала. Двух часов для нее там внизу, более чем достаточно. Она не представляет для меня угрозы.

Я сажусь вперед, опираясь локтями на дубовый стол, и включаю звук.

— Я же говорил, что вернусь за тобой, красотка.

Она дергает за веревки на запястьях. Это первая реакция, которую я от нее вижу.

Он наклоняется над ней, проводя пальцем по ее щеке. Он тянет ее за длинные волосы, чтобы она повернулась к нему лицом. Но она не делает этого; она смотрит прямо мимо него в камеру и прямо мне в душу.

Ее лицо выражает чистый страх.

Ее грудь вздымается, и весь цвет лица отхлынул от ее смуглой кожи.

Схватив со стола пистолет, я бросаюсь вниз по лестнице.

— Пожалуйста, не надо. Я умоляю тебя. Делай со мной что угодно, только не это. Я не переживу этого снова.

Я слышу, как она истерически кричит через дверь.

Снова.

Крепче сжимая пистолет, я набираю код, чтобы открыть дверь в подвал.

Я должен добраться до нее.

Как ему удалось так быстро развязать ее?

Все, что я могу видеть — это ее ноги, когда он оседлал ее, возясь с собственной застежкой-молнией.