— Все бегают перепуганные, не знают, что делать. По станции тревога. Мы заперлись, нас никто не трогает.

Внешняя дверь шлюза закрылась, аварийную переборку удалось убедить впустить нас. Мы далеко отошли от изначальной точки входа и в таком хаосе без проблем добрались до лестницы и побежали наверх. Правда Анна в итоге выдохлась.

— Садись на спину.

— Нет… дай… пару минут, — она продолжала медленно догонять меня.

— Так, не выделывайся! Нести на руках неудобно, сделаю рывок, потом отпущу.

— Не хочу, чтобы меня таскали…

— Прошу тебя, не начинай. Я знаю, что ты не любишь такого рода помощь. Но я просто не устану от такой пробежки, а ты дышишь, как курильщик-астматик на беговой дорожке.

— Астму… давно лечат… — Анна всё же подчинилась, сцепив руки на шее и сжав колени на торсе. Я подхватил её бёдра, помогая держаться. Ещё бы она не устала, ведь пусть экзоскелет помогал, но всё же мы бежали марафон по лестнице. Экзоскелет пехотного скафа помогает, когда требуется дополнительное усилие, и только.

— Представь себе — не все. И это не фигура речи: я один раз реально увидел астматика, который задыхался после беговой дорожки. Вышел в курилку и затянулся даже не вейпом, а какой-то подожжённой травой!

— Ты не говорил, что лежал в психушке… и зачем там тренажёрный зал?

— Очень смешно, — фыркнул я. — Где ты видела санитаров, способных меня упаковать?

Анна между тяжёлыми вдохами хохотнула.

Груз меня не слишком отягощал в отлично работающем скафе. Через некоторое время я отпустил Анну. Подъём закончился, и мы побежали по коридорам. Пришлось пару раз пропустить бегающих здесь вооружённых людей, однако нас не заметили. В итоге мы наткнулись на группу мусорщиков, бегущих вместе с гравиплатформами, гружёнными всяким хламом.

— Прибьёмся к ним. Полагаю — вариант наилучший.

— Ты же не думаешь…

— Всё пучком, — я повёл Анну за собой. Мы пристроились в хвосте процессии. На нас повернулся один из бежавших сзади. Некто в старом перелатанном инженерном скафе, судя по виду пережившем нескольких своих владельцев. Я протянул ему крутой плазменный резак, с которым не стыдно идти на абордаж настоящего боевого корабля.

Мусорщик взял его, осмотрел и аккуратно положил в свою сумку, после чего продолжил бежать, словно ничего не заметил. Даже чуть поравнялся с нами, мол «да, они тут бегут, всё норм».

— Быстрее, крысы помойные! — кричал где-то впереди ещё кто-то. — Сообщают о разгерметизациях на нижних палубах! Корпораты туда бегут во всеоружии! Нам не нужно знать, с кем они там воюют! Шевелите булками, ждать никого не будут!

Ещё на пару уровней мы поднялись по широким покатым коридорам внутренних транспортных тоннелей. Наконец, оказались, где нужно.

— Стоять, документы!

Вышел, почему-то, только один солдат, голос слышимо дрожал.

— Держи и вали с дороги! Мы сразу к скупщику!

Крикливый лидер достал коммуникатор и недолго в него потыкал. Тонкие аварийные створки позади нас закрылись, затрудняя возможное отступление. Некоторые люди снимали шлемы. Я тоже снял, но остановил Анну, покачав головой. Куда такой красотке да в мусорщицы? Некто в боевом скафе всё же менее подозрителен, чем она.

Нервный одинокий солдат ненадолго завис, видимо читая сообщение на визоре, и отошёл в сторону.

— Проходите, давайте. На сегодня больше никаких спусков! Всё закрывают на неопределённый срок.

Процессия двинулась дальше неспешно: люди устали после бега. К счастью, постовой не догадался пересчитать людей. А мы пристроились так, чтобы более-менее скрыться за остальными от его глаз. А около скупщика сделали вид, что шли мимо и отделились.

Анна наконец сняла шлем и… улыбнулась мне.

— Заряд адреналина на пару дней есть. Жесть, как мы проскочили?

— Удача и тупость людей — ядрёная смесь. Пошли в док Банши.

Шериф, открывший нам малый шлюз, встретил нас с видом отца, чей непутёвый сын внезапно принёс красный диплом планетарного университета. Ну или офицера, решившего избавиться от группы, в которую собрали всех проблемных кадров, отправив их на суицидальную миссию. А они мало того, что вернулись в полном составе, так ещё и в равном ему звании и с медалями. Сразу после того, как он посмотрел трансляцию церемонии их награждения генералом.

Правда, вскоре он сменил шок на ухмылку.

— Я же говорил, что вы идеально сработались.

— Никогда в этом не сомневался. Диспетчер отвечает?

— Нет, — качнул он головой.

— Я видел взлетающий корабль, и на корповский он не походил.

— Думаю, некоторым насрать.

— Отлично, поднимаемся! Правда, нас быстро отследят. Прилетели на станцию, что-то кому-то продали и были таковы.

— Я заправился, как мы и говорили о цели визита, — хмыкнул Шериф. — Правда вода — такая дрянь, что пришлось через фильтры прогонять и потом менять исчерпанный. Да и водород понемногу через сепаратор гоняю, сбрасываю крупицы гелия.