— Шестнадцать, двадцать, двадцать четыре… Итого двадцать шесть. Ого, какая армия против нас, почти как в той деревне, на месте которой ещё построили столицу Северного Зераата, помнишь, Тар? Ещё до того, как Зераат разделился и мы разнесли их столицу.

— Это произошло всего лишь четыреста пятьдесят восемь лет назад, конечно помню, — хмыкнул Тарион, доставая из-под плаща два клинка из светлого металла с очень интересным растительным узором. Варя хотя и мало разбиралась в оружии, но всё равно оно было очень красивым и эстетичным, наверное. Таким чисто в эльфийском стиле. Даже сомнения появились, что это боевое оружие — слишком оно показалось необычным.

«О Светлый Ша! Это же мифриловые клинки!» — услышала Варя шепотки среди дрогнувших солдат короля Фериала. Про мифрил она точно что-то слышала. Вроде бы это несуществующий сплав или некий металл типа вибраниума, адамантия или орихалка.

— Ну что, всех или только этого никчёмного королька, который посмел обидеть принцессу? — безразлично уронил Тарион на икенском, чуть повернувшись к Варе.

Солдаты неуверенно переглядывались, услышав этот вопрос. Варе даже показалось, что от сгустившегося напряжения икенцы побегут, но застывшая секунда словно разорвалась криком:

— А ну, вперёд, трусливые отрыжки ухорыла! Я вас всех перевешаю! — придал ускорение ближайшему солдату Фериал, довольно ловко пнув его прямо из седла. И икенцы начали строиться в какое-то подобие клина, ощетиниваясь копьями с длинными топорами, вроде эта штука называлась «алебарда», но точно Варя не помнила.

— Вперёд! — скомандовал Фериал.

— Ладно, как получится, — пожал плечами Тарион и просто смазался в воздухе, буквально исчезнув и появившись за спинами всадниками-солдатами. Солдаты затормозили, смешали строй, чуть не переломав друг об друга свои копья-топоры, а меж тем королевская лошадь перед которой появился Тарион, от неожиданности встала на дыбы и скинула с себя Фериала. Тот неприятным шмяком свалился на землю и визгливо заорал.

Когда солдаты слегка расступились, Варя поняла, что одна из королевских ног застряла в стремени и в результате падения оказалась то ли вывернута, то ли сломана. Впрочем, торчащая из мяса кость, порвавшая штаны, интриги не оставила и перед глазами промелькнули уроки ППТМ (первой помощи и тактической медицины) по этому ранению. Варя начала оглядываться на предмет подручных средств для спасения ноги, а также мимолётно порадовалась, что для себя ей эти уроки не понадобились и её вылечили магией. В том, что здесь лечили как-то иначе, имелись определённые сомнения. Хотя вроде бы на том пиру она говорила с кем-то, кто имел профессию хирурга. Ну, может, не магическая медицина как-то распространена в Аслахе, но Варя не была уверена в Икене на этот счёт.

Тарион с той же скоростью вернулся к ним. А замершие солдаты еле сообразившие, что вообще произошло, скучковались и зароптали, выпучив глаза, оглядываясь то на них, то на вопящего короля.

— Больно! Помогите! — кричал на весь лес Фериал. Но внезапно резко замолк.

Варя с ужасом смотрела на Огоста, достающего из плоти окровавленный меч, которым проткнул своему королю шею.

— Меня зовут Огост, я лир Айнапы и наместник короля Икены, — громко заявил Огост после драматической паузы. — Прошу прощения у леди Варны и Вечных Светлых. Я просил у своего короля не связываться с народом эльдар, но он считал, что вы живёте слишком далеко от Икены и поэтому мы в безопасности. Мы готовы выплатить виру за нанесённое вам оскорбление, а также возместить уничтоженное имущество в двойном размере.

— Это он о чём? — спросил Тарион.

— Когда я заперлась в карете, Фериал сначала её поджёг, а потом обстреливал из чего-то вроде катапульты, — пояснила Варя. — Так что, восстановлению точно не подлежит. Там нечего возвращать.

— Хм. Понятно, — хмыкнул Тарион, прищуриваясь и убирая свои красивые мечи обратно за спину. — Что ж, мы готовы вас выслушать, — сказал он это уже на икенском, и Огост заметно расслабился и выдохнул.

— Прошу быть нашими гостями… — начал Огост, но Варю передёрнуло от одной мысли, что придётся вернуться туда, откуда она с таким трудом сбежала. А если это ловушка? А если…

— Нет, — ответил Тарион. — Мы направляемся в… Соха и будем там пару дней. Все свои извинения и дары привезите туда.

— Хорошо, — тут же поклонился Огост и быстро отдал распоряжения, после чего вся толпа спешно ретировалась, прихватив тело Фериала.

— Как странно, — удивлённо протянула Варя. — Они стали такими покладистыми…

— Они сделали свой выбор, — ответил Морнэмир, вставая. — Возможно самый правильный в жизни.

— Как в легенде про Саону Буревестницу, — тихо прошептала Лина. — Интересно, вместе с дарами они и его голову пришлют?

— Чего?! — воскликнула Варя. — Голову? Зачем? И что ещё за легенда такая?

Они снова сели в сёдла и поехали, а Лина запела длинную песню про некую воительницу Саону, которая жила в Серебристом Лесу и была дочерью Вечного Светлого воина Элроха, уже знакомого Варе. Саона вышла замуж за правителя страны Урдук, жила счастливо и даже родила ребёнка, но через пару лет после свадьбы на её мужа-короля подло напали во время охоты и убили. Убийцы оказались из соседнего Шахата, но когда Саона потребовала от соседей выдачи преступников, в ответ король Шахата объявил о том, что королевство Урдук без правителя ничейное и он забирает его себе вместе с Саоной, которую собрался пристроить в свой гарем, потому что та славилась красотой. Саона обучалась отцом военному делу и сама повела армию против захватчиков, объявив войну Шахату. Но похоже, что действовала эта Саона как-то очень хитро и проводила много разных диверсий, потому умудрилась дойти до столицы Шахат-гара за сезон Суховея под прикрытием бурь и ветров, за что прозвали её Саона Буревестница. Шахат-гар они окружили, и Саона предложила городу сдаться, пообещав, что не тронут никого, кроме короля и убийц её мужа, чьи головы стали обязательным условием капитуляции. Естественно, король Шахата с таким предложением не согласился, и тогда Шахат-гар был сожжён дотла и погибли все жители до единого вместе со своим злобным королём и его приспешниками. Саона подарила королевство Шахат своему сыну, а сама правила Урдуком. Впоследствии обе страны объединились и вошли в империю Аслах.