— Я, ох, — мой взгляд скользнул по Джейн.

— Да, — ответила она почти нетерпеливо. В конце концов, у неё были дела поважнее, чем мой статус. — Он мой партнёр.

И они могли воспринимать это как угодно. Если она хотела, чтобы я был там, то я буду. Она ни в коем случае не должна проходить через такое в одиночку. Я сжал её ладонь.

— Я понимаю, что вы надеялись на естественные роды, — сказала доктор. — И я понимаю, что это шок для вас, но я рекомендую сделать кесарево сечение. Как я уже объясняла, если вы согласны, в ближайшее время мы пригласим анестезиолога, чтобы сделать спинальную блокаду.

Боже, всё происходило так быстро.

Джейн покачала головой в ответ на слова доктора, но глаза её были полны сомнения. Она посмотрела на меня, её лоб покрыли морщинки боли и нерешительности. Боже. Всё было плохо, если она обращалась ко мне за советом. Я жалел, что не прочитал каждую из этих проклятых книг о беременности пять раз, от корки до корки.

Всё, что я мог сделать, это встретиться с ней взглядом, который, как я надеялся, был поддерживающим, но я чувствовал себя совершенно бесполезным. Пальцы Джейн сжимались всё крепче и крепче. Она могла сломать мне руку, мне было всё равно. Стереть мои кости в пыль. По крайней мере, тогда я бы пригодился.

Наконец она кивнула.

— Хорошо.

— Я предполагаю, что вы хотите, чтобы мистер... — медсестра кивнула в мою сторону.

— Эрик, — сказала Джейн. — Его зовут Эрик, и да, я хочу, чтобы он присутствовал.

— Пойдёмте со мной, пожалуйста, — позвала медсестра. — Мы вас подготовим.

Она отвела меня в другую комнату и дала мне шапочку для волос и белый комбинезон. Несколько завязок, и вот он прикрывает мою собственную одежду. И это было хорошо — дизайнерские джинсы с яркой рубашкой, которые я носил за барной стойкой, действительно не подходили к случаю. Я проделал всё максимально быстро. Сейчас, вдали от Джейн, меня чуть ли не тошнило. Оказалось, легче быть храбрым, когда она была рядом, нуждаясь в ком-то, кто был бы сильным и держал себя в руках.

— Эрик, если ты готов, я проведу тебя внутрь, — сказала медсестра, появляясь вновь.

Честно говоря, если бы мы собирались подождать, пока я действительно не буду готов к чему-то подобному, прошло бы ещё лет двадцать или около того. И Джо купил бы мне ещё дюжину книг на эту тему. И я опрокинул бы пару рюмок жидкой храбрости для пущей уверенности. Последнее было особенно хорошей идеей. Где бармен, когда он мне нужен?

Но альтернативы не было, поэтому я просто кивнул, и мы пошли.

Зелёная простыня свисала поперёк тела Джейн, закрывая нам обзор всего, начиная с её груди и ниже. На ней тоже была сеточка для волос и больничная рубашка. На один палец был прикреплён кардиомонитор, а в тыльную сторону ладони введена капельница. Я стоял рядом с ней, пока ещё удерживаясь от рвоты, несмотря на всех этих занятых медиков, вид шприцев и лезвий и запах антисептика. Ура мне.

— Не трогайте ничего зелёного, — приказала медсестра. Я не знаю, как её звали. На самом деле, я даже не думаю, что хорошо видел в тот момент.

Я схватил Джейн за руку, моя ладонь, возможно, слегка вспотела.

— Ты что-нибудь чувствуешь?

— Ничего снизу, — ответила она. — Всё будет хорошо.

— Конечно.

— Ты выглядишь не очень хорошо, — обеспокоенные глаза смотрели на меня. — Ты собираешься упасть в обморок?

Доктор усмехнулся.

— Мы не станем поднимать тебя, если ты это сделаешь.

— Что ж это за больница, — пробормотал я, прежде чем сказать более твёрдым голосом: — Со мной всё в порядке. Они вытаскивают твоего ребёнка из тебя или что?

— Не беспокойтесь о нас, — сказал доктор, бросив на меня быстрый взгляд. Хирургическая маска скрывала половину лица, но я думаю, что под ней была улыбка. — Ты просто сконцентрируйся на том, чтобы оставаться в вертикальном положении.

Христос.

— Я в порядке, правда.

Джейн сжала мои пальцы. Проклятие. Я должен был успокаивать её, а не наоборот.

— Ты до сих пор не приняла окончательного решения о том, как её назвать, — я заставил себя улыбнуться. — Ещё не поздно, ты всегда можешь воспользоваться одним из моих чрезвычайно полезных советов.

— Очень любезно, — её красивое личико расслабилось с того момента, как подействовали анестетики, но беспокойство ещё заполняло её затуманенный взгляд. Женщина выглядела будто под кайфом. — Ты что-нибудь видишь?

— Нет.

За пределами той простыни что-то происходило. Вещи, о которых я не хотел знать и определённо не хотел видеть. О чём бы они ни говорили и что бы ни делали, я не обращал внимания. Только Джейн имела значение.

— Ты присмотришь за ней, верно? Когда она выйдет?