Очередной рабочий день пролетает практически незаметно. Я просматриваю кучу бумаг, в которых мало смыслю, что нужно подписать, отдаю матери, остальное сортирую по папкам. Мама высылает мне по корпоративному мессенджеру задания, например, сделать некие расчёты для неё или выяснить, в какой фирме дешевле закупить тот или иной стройматериал. Ближе к концу смены я еду с ней на пару строек, потом мы возвращаемся в офис на совещание.

Сижу за длинным столом по правую руку от матери. Все прекрасно понимают, что не просто так она меня сюда притащила. Предполагается, что я наследница и, как только наберусь опыта, стану заместителем. Рощина, скорее всего, попросят уйти, и люди проглотят, что вторым человеком в компании поставили девушку, у которой опыта со спичечную головку.

Мама тихо, но грозно отчитывает начальников отделов и строек. Я смотрю на всё это без интереса. Единственное, что меня удивило: она поставила прораба Лёню начальником новой стройки. Мы выиграли тендер на строительство огромного торгового центра, и мама откупилась от бывшего любовника, нужно признать, неслыханная щедрость с её стороны.

Наконец-то совещание заканчивается. Люди расходятся, мама хлопает крышкой своего ноутбука.

— Мам, меня сегодня не будет дома. Заночую в другом месте, — предупреждаю я.

— Что это за парень? — удивлённо спрашивает она.

— Я должна отчитываться? Мам, я взрослая, мне даже не восемнадцать, — нервно говорю я, всплёскивая руками.

— Помни одно: предохраняйся. И ещё, нам не нужны женихи не из нашего круга. Иди развлекайся.

Выхожу из кабинета и неспешно бреду к лифту. Тот, к тому я собралась, из нашего круга, но мать ненавидит его семью. Я могу и не ходить к Кириллу. Взбрыкнуть и расстаться с ним? Какое-то шестое чувство подсказывает, что так нельзя. Демидов, со своей жаждой обладания, всколыхнёт ненужную волну, для меня сейчас главное — отсидеться по-тихому, пока я не получу наследство. Едва на карту упадёт положенная мне сумма, я уеду. Кроме тех денег, что завещал мне дедушка, не хочу больше ничего. Свобода дороже всего.

Кирилл открывает мне дверь, улыбается, лезет обниматься. Мы здороваемся. Раздеваюсь и сразу прохожу в уборную. Кирилл говорит, что ждёт меня в гостиной.

Оказалось, он заказал для нас еду из ресторана. Журнальный столик уставлен различными яствами, стоит бутылка вина, комнату освещают только свечи.

— Ужин при свечах? — спрашиваю я, усмехнувшись.

— Почему бы нет? Присаживайся.

Осторожно сажусь рядом с ним. Смотрю на вкусности на столе. Могу сказать, что кусок в горло не лезет, но совру. На самом деле жутко хочется кушать, и я благодарна Кириллу за то, что он решил меня накормить.

Мы смотрим какую-то старую французскую комедию, пьём вино и смеёмся. Я подпеваю, когда в фильме поют, люблю этот язык. Мама настаивала, что я должна изучать английский, но я занималась у двоих преподавателей.

— Ты знаешь французский язык? — удивляется Кир.

— Да, — отвечаю я и неожиданно меня пробивает на откровения. — У меня было такое детство, не знаю даже как охарактеризовать. Короче, если другие дети, кроме школы и уроков, просиживали задницу за компом, то у меня свободного времени почти не было. Три раза в неделю занятия на скрипке. Два раза ходила в школу современного танца. Ещё два дня занятия с учителем французского и английского. Языками я занималась в субботу и воскресенье в одной частной школе.

— Это тебя мать заставляла?

— Нет. Скрипка и танцы — моё. Французский язык я тоже люблю. А вот английский мама заставляла учить, она и дедушка оплачивали все мои кружки. Им так было лучше, девочка не шляется в сомнительных компаниях — уже хорошо. Возможно, из-за занятости я не пристрастилась к виртуальным играм, — говорю я и отпиваю ещё глоток вина.

— Ты уникальный человек, Катя. Я, кроме занятия боевыми искусствами, никуда не ходил. У меня мама, учитель английского языка, разговаривала со мной с детства, поэтому проблем нет. Последние четыре года регулярно в качалку ходил. И раньше туда ползал, но редко.

Кино заканчивается. Кир включает музыку, потом он идёт за чаем и эклерами. Я потихоньку ухожу в уборную, здесь всё по-прежнему, на бортике джакузи лежит очередной порножурнал. Ну а что я хочу? Кир взрослый человек и, судя по всему, уже достаточно опытный в вопросах секса.

Возвращаюсь в гостиную, Кир успел убрать еду и оставил только чай и сладости. Снова сажусь рядом с ним. В голове слегка шумит. Появилась лёгкая эйфория, хоть я и выпила не больше бокала вина, утром же за руль садиться. Пью свой чай и отодвигаюсь в угол дивана. Это блаженство — откинуться на спинку и прикрыть глаза. Приятная музыка наполняет сознание. Вчера было не так, Ритка весь вечер ругалась с отцом, прилично сдабривая свою речь матом, её папаша тоже не сахар и в выражениях себя не ограничивал. Моя мать смотрела на всё сквозь пальцы и только улыбалась. Короче, дурдом на выезде.

Чувствую, как Кирилл лёг на диван и положил голову на мои колени. Его рука забирается под блузку и гладит живот у края брюк. Приятное тепло постепенно растекается по всему телу. Всё же я живая и нервные окончания не атрофировались, начинаю возбуждаться, хотя сознание умоляет остановиться. Борьба моего тела с разумом постепенно сдаёт позиции в пользу секса. Возможно, вино подействовало, или занятия с психологом дали положительный результат, но я всхлипываю от накатившего возбуждения, когда Кирилл поднимает руку выше и касается сосков.