— Долго, — неумолимо проговорила Майя. — Лезем. Смотри — тут будто ступеньки.

Ступеньки ступеньками, но лезть пришлось с применением всех четырех конечностей. Ноги дрожали, пальцы срывались с камней. Стас поранил палец — рана пустячная, но жгло нешуточно.

— А нельзя снова подключить бег Изгоя? — пропыхтел он. — Хоть убей, не пойму, как я тут ночью пробежал… Перепрыгнул, поди…

— Его лучше подключать в особых случаях, — отозвалась Майя. Она карабкалась чуть ниже него и левее.

Пользуясь моментом, Стас остановился на крохотном карнизе и посмотрел на нее. Рюкзак тянул вниз. Они поднялись на высоту трехэтажного здания и видели весь лесочек и фургон вдали, возле ослепительно сверкавшей в солнечном свете речушки. До верха склона оставалось еще столько же. Стас сомневался, что удастся слезть обратно — у него уже сжимало горло от высоты и перспективы скатиться вниз.

— Бег Изгоя истощает организм, — добавила Майя, перебираясь с одного выступа на другой. Она шла по следам Стаса.

— И ты сейчас об этом говоришь? — не без раздражения спросил Стас. Он вытер пот со лба.

— Ты должен был сначала научиться. А я постаралась восполнить утрату калорий — для этого мы и лакомились рыбой. И Ветер жизни мы тебе восполнили.

— Мы? — вскричал Стас. — Так Дара все-таки была?

Майя ответила кривой улыбкой и мотнула головой — дескать, хватит лясы точить, пошевеливайся.

Настроение у Стаса поднялось. Стало быть, две ведьмочки его учат по-своему. Гарри Поттер и даже Волан-де-Морт офигели бы от такого магического обучения.

Он принялся карабкаться дальше, размышляя. Как ни крути, а в том, что происходит, есть что-то темное, сатанинское… Сон в обнимку с куратором под открытым небом, бег в состоянии транса, оргии с двумя женщинами, одна из которых то появляется, то исчезает неведомо куда…

И в то же время он уверен, что Изгои на светлой стороне.

Как такое совмещается, Стас не понимал.

Наверное, просто потому, что в жизни не так, как в сказках. Хотя он где-то читал, что в настоящих сказках братьев Гримм — не в смягченных пересказах — творилась натуральная хтоническая жуть.

Незаметно он добрался до вершины каменной стены и с облегчением выбрался на горизонтальную площадку. За стеной на целый километр простерлось плато с каменными выступами. Чем-то эти уступы походили на скульптуры, сильно оплывшие и деформировавшиеся от времени и непогоды.

Следом за Стасом на площадку поднялась Майя, отряхнула одежду и ладони, огляделась. Стас достал бутыль с водой, присосался, затем полил на пораненный палец. Двинулся дальше, и куратор последовала за ним.

Изредка под ногами открывались узкие дыры без видимого дна. Вероятно, скала была источена пещерами, как сыр. В некоторых отверстиях скопился чернозем и росли хилые кустики. Камни оплетали ползучие растения.

Через пару десятков метров площадка пошла на понижение. Камни сменил дерн и трава. Из заросшей разнотравьем земли выпирали огромные камни самых причудливых форм, похожие на не до конца погребенных великанов.

Или на колоссальных окаменевших мертвецов, пытавшихся вылезти из-под земли.

Этих камней становилось все больше, пока из них не составился целый каменный город. Стас узнал те самые руины. При дневном свете они больше смахивали на природное образование, но чутье подсказывало, что природа тут ни при чем. Просто эти руины были настолько древними, что превратились в часть ландшафта.

Несмотря на воздействие времени, в руинах все же оставались линии, не характерные для природных форм. Но и не характерные для обычных человеческих архитектурных сооружений. Было в них что-то неестественное, ненормальное…

Гладкие, плоские, будто разрезанные лазером, каменные плиты чудовищных размеров торчали из земли под разными углами, образуя неправильные пирамиды и прочие геометрические формы. Иногда поверх наклоненных глыб возлежали горизонтальные каменные гиганты в сотни тонн весом.

— Будто не люди строили… — пробормотал Стас, останавливаясь на пригорке.

— Так оно и есть, — отозвалась Майя.

Стас обернулся к ней. Майя пристально разглядывала руины. На лице — сдержанный интерес и задумчивость.

— Что ты знаешь об этих руинах?

— Что они очень старые. И что здесь — место силы. Наша планета, Станислав, тоже имеет Центры Ветра жизни. Мы переночуем здесь и наполнимся этим Ветром.

Стас покосился в сторону нагромождения огромных камней прямоугольной, ромбовидной и треугольной форм, расположенных под разными углами друг к другу. Из-за перекрытий, как в дольменах, внутри образовалось что-то вроде больших «помещений» без намека на окна и двери.