— Надеюсь, новолуния не будет? Как вы познакомились?

— Да все из-за вашей шкуры. Я искал, кто бы смог ее выделать, меня послали к Клиуне-Аи. Я принес ей шкуру, а она когда увидела, то пришла в такой восторг…

— В восторг от шкуры?

— Да нет же, разумеется, от меня!

— У нее хороший вкус, дорогой Сэм.

— Вот именно, а кроме того, она такая умница, не только обработала шкуру, но даже сшила мне этот наряд. Как я вам в нем нравлюсь?

— Верх элегантности!

— Джентльмен, а? Настоящий джентльмен! Она аж подпрыгнула, увидев меня в новом одеянии. Честное слово, сэр, я женюсь!

— А где ваша старая одежда?

— Я ее выбросил.

— Вот-вот, а кто как-то говорил мне, что и за десять тысяч долларов не продаст свою куртку?

— Это было давно, до знакомства с Клиуной-Аи. Что поделать, все меняется. Привет!

И жених-коротышка в медвежьей шкуре гордо зашагал прочь.

Перспектива женитьбы Сэма не встревожила меня, я мог быть спокоен за дальнейшее развитие его романа с прекрасной индеанкой. Стоило лишь взглянуть на жениха: огромные ступни, коротенькие кривые и тонкие ножки, но главное — лицо! Заросшая физиономия с торчащим, словно клюв у ястреба, носом! На такого не клюнула бы даже индеанка. Обернувшись, Сэм небрежно бросил:

— В новом наряде я чувствую себя совсем другим человеком, я словно заново родился! Зачем мне старье? Костюм делает меня неотразимым, хи-хи-хи!

На следующий день я встретил его в долине очень задумчивым.

— Сэм, дорогой мой, что за космические мысли посетили вас?

— Космические?

— Да, у вас на лице написано, будто вы собираетесь открыть комету или новую туманность.

— Сэр, вы попали в точку. Я думал, что открыл комету, а на самом деле, кажется, это туманность.

— Кто туманность?

— Клиуна-Аи — сплошная туманность.

— Неужели? Вчерашняя полная луна превратилась в туманность? Что случилось?

— Я спросил ее, не собирается ли она снова выйти замуж, а в ответ услышал: нет!

— Ну, не вешайте нос! Рим и тот не сразу строился.

— И мой наряд не сшит в одночасье. Вы правы. Я по-прежнему жених. — И он пошел к Клиуне-Аи.

Когда наутро я оседлал своего пегого — мы с Виннету собирались на медведя, — неожиданно появился Сэм Хокенс и заявил:

— Сэр, можно мне с вами?

— На медведя? Вряд ли. Кажется, вас ждет охота на другого зверя.

— Ох, не везет мне!

— Что? Что я слышу?

— Увы, увы, она предъявляет свои требования.

— Не понимаю.

— Я опять пошел к ней, сделал… гм… предложение, а она заявила, что сшила наряд по просьбе Виннету.

— А не из любви к вам?

— Выходит, что нет. Потом спросила, что я ей дам за выделку шкуры, потому что, видите ли, я сделал ей заказ. Такие вот требования!

— Значит, она требует платы?

— Ну да. Это что, проявление любви?

— Не знаю. В таких делах я не мастак. Дети любят родителей, а родители тем не менее платят за них. А вдруг ваша Полная Луна таким образом проявляет свои чувства?

— Полная Луна? Скорее Луна на убыли. Так возьмете меня с собой?

— Виннету берет меня одного.

— Эх, не везет, так не везет!

— И вы могли бы запачкать свой новый костюм, дорогой Сэм!

— Оно и правда, вдруг кровь попадет?

Незадачливый жених побрел прочь. Но по пути новая мысль пришла ему в голову, он обернулся и спросил:

— А не кажется ли вам, сэр, что моя старая одежда намного удобнее?

— Пожалуй.

— Не пожалуй, а наверняка.

На этом наш разговор окончился, но на протяжении всех следующих дней Сэм ходил как в воду опущенный. Видимо, луна убывала. И вот в один прекрасный день я увидел его в старом костюме.

— Что я вижу, Сэм? А я думал, вы его выбросили.

— Так оно и было.

— Значит, отыскали?

— Угу.

— А что случилось?

— Наступило новолуние. Глаза бы мои не глядели на эту Клиуну-Аи!

— А помните, что я вам говорил?

— Да-да. Произошло все именно так, как вы сказали. Ну, и потом еще этот случай… Знаете, сэр, я был просто вне себя!

— Можно узнать, что произошло?

— Вам я скажу. Вчера я опять пришел к ней. В последнее время она ужасно злилась, почти не обращала на меня внимания и постоянно огрызалась. Ну так вот, сижу я, значит, рядом, голову прислонил к столбу. А волосы мои, видимо, зацепились за какой-то сучок. Когда я встал, что-то хлопнуло меня по голове, я оборачиваюсь и… о Боже, что я вижу!