После четвёртой рюмки, которую Гена пропустил, а Саша принял с тем же отстранённым видом, Вову наконец озарило. Он вспомнил, как ему рассказывали о том, что в конце проспекта Ударников появился новый вид услуг. Там, где после пустырей начинается промышленная зона, около одного из заборов каждый вечер, начиная с одиннадцати-двенадцати часов, стоят две машины. Обычно две одинаковые чёрные «девятки» с тонированными стёклами. Подъехав к ним, надо переговорить со старшим, которого зовут Джоном, и если он останется разговором доволен, то буквально через несколько минут его ребята подвезут пару малолеток, которые отлично делают минет. При желании можно заказать и мальчика. А если заплатить немного больше и, желательно, представить чьи-нибудь рекомендации, то можно будет съездить на квартиру, где двенадцатилетняя девочка очень любопытно «играет» со специально обученной собакой. Ещё раз все обдумав, Вова решил: это именно то, что надо. Дороговато, конечно, встанет, но за такие развлечения можно и заплатить.

Через полчаса они закончили ужин. Предложение Вовы, как и следовало ожидать, было принято. Саша сидел мрачный и замкнутый, Гена выглядел как обычно, а настроение Вовы заметно улучшилось благодаря выпитой водке и вовремя найденному решению. Правда, в желудке появились не очень приятные ощущения, вызванные, видимо, излишне жирным шашлыком, но, «опрокинув» ещё одну рюмку и затеяв с Геной какой-то интересный разговор, Вова вскоре позабыл об этом. Подозвав официантку, Гена распорядился:

— Принеси бутылку приличного шампанского и пару пачек «Мальборо». Потом рассчитай нас.

Девушка, выслушав его, ушла к стойке и, вернувшись, поставила на стол бутылку итальянской «спуманты», положила сигареты, заглянула в блокнот и быстро назвала итоговую цифру. Гена посмотрел на Вову, и тот расплатился, небрежно бросив на стол несколько купюр.

— Пошли?

Все поднялись. Гена прихватил сигареты, указал Саше на бутылку шампанского и первым пошёл к выходу. Обходя прибиравшую столик официантку, Вова шлёпнул её по заду. Та ответила безразличной усталой улыбкой, уже, видимо, привыкнув к весёлым нравам посетителей этого заведения, и продолжала составлять грязные тарелки.

— Светке привет передавай. От Вовы. Передай, что скоро заеду, поняла?

Он догнал своих только у выхода. Когда они поднялись по ступеням на тротуар, мимо проехал троллейбус с красочной рекламой зубной пасты на боку.

— Садись вперёд, — указал Гена, открывая дверцу «ниссана». — Сам пойдёшь с ними договариваться.

Саша залез на заднее сиденье, положил рядом холодную бутылку шампанского и опустил боковое стекло. Гена достал из бардачка упаковку мятной жевательной резинки, взял себе два пластика и передал остальное Вове.

— Троих будем заказывать? — поинтересовался Вова, выбрасывая фантик.

— Троих, наверное, — ответил Гена, съезжая с тротуара. — Но ты, если хочешь, можешь себе мальчика взять или собачку.

— А что, я б попробовал!

— С пуделем?

— Да нет, с мальчишкой! А тебе самому чего, не интересно?

— Слушай, а может, нам в морг съездить? Подберём тебе пару трупешников посимпатичней, ты с ними и развлечёшься? И тебе бесплатно, и нам весело!

Они миновали три квартала и остановились на перекрёстке перед светофором, когда на троллейбусную остановку выскочила девушка. Среднего роста, длинноногая, с распущенными тёмными волосами и прижатой к боку сумочкой. Они заметили её все одновременно.

— О, какая лялька! — восхитился Вова, полностью разворачиваясь к боковому окну. Одинокая растерянная девушка на пустынной улице — это предвещало новые интересные приключения. Настроение его поднялось ещё больше. — Надо её подвезти!

На заднем сиденье Саша тоже вплотную придвинулся к боковому окну. Он молчал, но был заинтересован случайной встречей больше других. Тонкая струна в голове завибрировала тревожней и настойчивей. Во рту пересохло, остался лишь неприятный привкус водки, ладони, наоборот, вспотели, и Саша судорожно вытер их о брюки.

В это время девушка резко повернулась в их сторону, и Вова восторженно выругался:

— Все, бл… Берём!

Гена молча кивнул и направил «ниссан» к тротуару. Мягко прижавшись высоким колесом к поребрику, машина остановилась. Вова высунулся в открытое окно.

— Привет, подруга!

Он и в мыслях не держал, что какая-нибудь «телка», а тем более из тех, которые в двенадцать часов ночи сиротливо ждут троллейбуса, может отказаться от знакомства с ними. Никуда не денется, сядет в машину и покатается с ними час-другой. Само собой, отработает прогулку и угощение, но зато доберётся до своего дома с комфортом и без риска нарваться на грязных пьяных гопников. Искренне убеждённый в своей правоте, Вова, продолжая улыбаться, спросил:

— Тебя как зовут?

— Никак!

Она повернулась к ним боком и стояла, вроде бы глядя в другую сторону, но не выпуская из поля зрения машину.

— Не, так не бывает, чтобы никак не звали, — авторитетно заявил Вова и предложил: — Ты, наверное, строгая очень? Нет, ты скажи, ты строгая такая?

Так как девушка молчала, Вова выдвинул следующее предположение:

— Или это у тебя имя такое — Никак? Ладно, бросай ломаться и поехали, по дороге переговорим. Все равно трамваи уже не ходят, а у нас бесплатное такси. Честное слово, к самому подъезду подвезём! Ты где живёшь?