Не знаю, сколько я так просидел. Может час, может десять. В лишённом света солнца каменном мешке очень сложно определять время. Но из легкой прострации задумчивости меня вырвал непонятный шум в коридоре и общее оживление в камерах. Вскоре стали понятны его причины — принесли обед.

Взяв свою порцию, я поковырялся ложкой в похожей на клейстер массе и заставил себя все съесть. Кандалы мешали, сковывая движение, а вкус был… безвкусным. Да, это не креветки в пряном соусе или деликатесы со стола Ланиллы, но ни первого, ни второго что-то не видно, а силы мне понадобятся. Да и весь опыт предыдущей жизни говорит, что наличие самой невкусной еды куда лучше ее отсутствия.

Добавкой к миске каши шел кувшин, в котором оказалась вода. Надеюсь, ее хотя бы кипятили? А то только кровавого поноса мне для полного счастья и не хватает.

Стоило закончить со скромной трапезой, как по мою душу явился первый гость. И вновь это оказался не следователь.

— Наконец-то на заслуженном месте Вельк, — сквозь зубы протянул граф Солис Эно-Интан, не пытаясь скрыть радости.

За какими демонами сюда принесло песика третьего принца? Сомневаюсь, что это просто любопытство. Решил позлорадствовать? Нет, даже для него это слишком мелко. А это значит, что его послал третий принц. Кто еще будет использовать цельного графа для мелких поручений? На крупное я, увы, не тяну. Да и не доверят графу что-то по настоящему серьезное. Дурак он. Это не мои слова, а третьего принца.

Интересно, он хоть сам-то понимает, что находится в свите принца Ронга Олна в положении «подай-принеси». То есть не более чем слуга с громким титулом. Можно сколько угодно успокаивать себя мыслью, что прислуживаешь возможному императору, но суть-то от этого не меняется — мальчик на побегушках.

— И я тоже рад вас видеть, Ваше Сиятельство, — равнодушно, без тени издевки, отозвался я.

После ответного приветствия графа слегка перекосило. На короткий миг он замер, словно получивший сбой в рунной управляющей цепочке голем. В его фантазиях все должно было произойти по-другому. Либо я должен наброситься на него с обвинениями, либо упасть на колени и молить о заступничестве третьего принца. Второе предпочтительнее! А мое ровное приветствие его смутило. Я практически вижу, как в пустой голове графа ворочается то немногое, что может породить какую-то мысль. Крутится, вертится, да все без толку — пустота порождает только пустоту.

Если короля играет свита, то у третьего принца проблемы. С такими подчиненными неудивительно, что он так плохо закончил при обороне Веснота. Да и род Интан с гнильцой. Благодаря предательству многих членов этого рода, армии древолюбов прошли через земли одноименного герцогства чуть ли не парадным маршем, предрешив судьбу севера империи.

— Ты подумал над предложением Его Высочества, — не найдя достойного решения, граф вернулся на рельсы, проложенные третьим принцем.

Я позволил себе усмешку, висельнику можно быть наглым даже перед императором, что уж говорить о каком-то прислужнике принца.

— Которого из двух? В последнее время принцы только и делают, что ходят ко мне на прием.

— Его Высочеству Ронгу Олну естественно, — не купился на мою подначку граф. Все же какие-то мозги в его голове есть. — А на принца Сандора ты зря рассчитываешь, он не станет ссориться с братом из-за подобной мелочи.

Что, а вернее «кто» подразумевается под мелочью, граф говорить не стал, оно и так понятно.

Хм, третий принц вновь предлагает мне лечь под него. Вот только условия изменились и теперь даже плату зажали, а вместо сладкой морковки угрожают кнутом. Но если с моим приговором дело решенное, то зачем принцу какой-то паж. Причем наглый, раз посмел напасть на команду, которой он покровительствует, и тупой, потому что не сумел проделать все в тайне? Как он там говорил при нашей встрече: «Дураков хватает — новые не нужны»?

Что-то тут не сходится. Похоже, с моим арестом не все чисто. Арестовать — арестовали, но долго держать меня в застенках не получиться. С другой стороны — долго и не требуется. Достаточно продержать меня до конца турнира. А это два-три дня.

— Передайте Его Высочеству мою благодарность за участие в судьбе скромного узника, но я справлюсь.

Плевать на деньги и Кубок Превосходства! Близкое знакомство с представителями правящего рода только утвердило меня в мысли, что к ним в свиту рваться не стоит. Служить империи рад, но прислуживать принцам или другим родовитым — это не для меня.

— Думаешь, что твои друзья сумеют тебя вытащить? — скривился граф, распыляясь с каждым словом. — Сильно в этом сомневаюсь. Никому не нужен жалкий узник. Ты сброшенная карта, грязь, пыль под ногами! Никто не станет ссориться с будущим императором ради пыли! Даже если произойдет чудо и тебя выпустят, то это произойдет после командного финала.

Ой, дурак! Сам то хоть понял, что ляпнул? Мои подозрения насчет шаткости доказательной базы охранителей превратились в уверенность. Что-то у них есть, но этого «чего-то» явно мало для моего однозначного осуждения.

Впрочем, это вовсе не исключает того, что меня осудят. Методы работы охранителей мне хорошо известны. А суды, несмотря на декларируемую беспристрастность, могут быть очень даже пристрастны, если задеты интересы кого-то из родовитых, а тем более императорской семьи. Жернова правосудия способны перемолоть даже камень, если тот по глупости своей окажется на пути кого-то из принцев.

Что же у охранителей есть такого, что третий принц решил воспользоваться ситуацией, под благовидным предлогом выбив у команды противника капитана? Вот ведь… хитрец.