— Хотела бы я побывать в этом городе, — радостно пищала Яниса. — Интересно, как башня выглядит со стороны!

— Как огромная башня, — равнодушно отвечал Амир. — Без окон, с одной лишь гигантской дверью, по другую сторону которой находятся врата в преисподнюю.

Наступила тишина. Кажется, эти слова все же умерили пыл этой радостной парочки. Казалось, Амир наговаривал на башню и на самом деле она не могла идти ни в какое сравнение со вратами в преисподнюю, но для Амира это было действительно так. Чем выше был этаж, тем выше была смертность. Даже сильнейшие люди из внешнего мира с легкостью умирали, и все из них, кто задавался целью достичь вершины, никогда не возвращался.

— К слову, — заговорил Амир, меняя тему, — Сердвиг, ты довольно стар для того, кто отправляется в свой первый поход.

Сердвиг иронично хмыкнул, бросая недовольный взгляд в сторону своего ровесника.

— Могу сказать это и тебе.

— Так для меня он не первый.

Амир улыбался. В отличие от Янисы во время всего этого разговора он постоянно улавливал странность поведения своего нового компаньона. Сердвиг явно избегал темы своей семьи, родины и прошлого, а уже это было тревожным звонком.

— Я трус, — с усмешкой отвечал Сердвиг. — Мне до последнего казалось, что я недостаточно готов к тому, чтобы пойти дальше. Поэтому обычно я просто выходил тренироваться на этажи ниже, но выше не забирался.

Яниса, удивленно взглянув на мужчину, ответила:

— Ты вообще не производишь впечатление труса.

— Спасибо на приятном слове.

Амир, снова поднеся флягу к лицу, сделал еще несколько глотков воды. Внешне он никак не выдавал своей настороженности — выглядел абсолютно равнодушно, как и раньше, но мысленно он постоянно был начеку.

«Что-то мне подсказывает, что он со своего этажа ушел отнюдь не жажды приключений».

***

Взглядом быстро пробегаясь по стеллажам с тканями, Амир пытался найти подходящую для своей спутницы одежду. Как человек, хорошо понимавший особенности походов, он знал, что одеяние должно было быть легким и удобным. Именно поэтому на ощупь он перебирал все ткани, которые были в магазине, пытаясь отыскать среди них достаточно дышащие и тянущиеся.

В какой-то момент наконец-то дотронувшись до нужного материала, Амир осторожно потянул его на себя, развернул и увидел, что эта была темно-коричневая женская рубашка — самое то для их похода.

Повернувшись лицом к Янисе, Амир многозначительно приподнял брови. Девушка же недовольно покачала головой.

— Не подходит.

Амир устало опустил руки и спросил:

— Что тогда тебе нужно?

— Ряса!

Из-за спины прозвучал строгий голос Сердвига:

— Рясу здесь ты не найдешь.

Удивленная девушка обернулась, посмотрела на их нового компаньона и удивленно спросила:

— Почему?

— Потому что здесь не жалуют ни религию, ни и ее распространителей. На твоем месте я бы вообще перестал упоминать здесь эту тему.

Яниса, плавно развернувшись, посмотрела в сторону владельца лавки. Мужчина, стоявший буквально в паре шагов от Амира, недовольно хмурился и будто бы был уже готов прогнать их отсюда.

Амир, также заметив это, вытащил из кармана парочку монет и протянул их продавцу. Только тогда незнакомец слегка расслабился и отступил в сторону. Амир же, забросив найденную рубашку себе на плечо, уверенно пошел прочь от этого места. Яниса и Сердвиг покорно последовали за ним.

Место, в котором они находились, было оживленной улицей. На этом рынке, расположенном в самом центре города, можно было найти буквально все. От громадных рядов с мелкими магазинчиками, самодельными лавочками и прочим буквально рябило в глазах. Кроме официальных магазинов и уличных палаток в этом месте буквально каждый что-то продавал. Местные выставляли свои товары из окон домов, подвалов и подворотен — конкуренция была огромной.

— Да… — на выдохе протянула Яниса. — Впервые вижу нечто настолько грандиозное.

— Как ни странно, — отвечал Амир, — этот этаж намного крупнее всех остальных. Поэтому-то искатели и основали здесь свой город.

— А кто такие искатели?

— Тебе на этот вопрос уже Сердвиг ответит.

Амир бросил многозначительный взгляд на своего компаньона, и тот сразу прокашлялся. Конечно, как бывший житель этого этажа Сердвиг намного лучше разбирался во всех делах искателей.

— На самом деле, — отвечал мужчина, — искатели это всего лишь ремесленники.

— Тогда почему бы так и не называть себя? — Яниса казалась все более растерянной. — Зачем говорить всем, что ты искатель? Только зря в заблуждение вводить.

— Потому что так звучит звание человека, получившего право проживать и торговать на этом этаже. Ремесленником может назвать себя каждый, кто может хоть что-то сделать руками, а искатель — это особое звание.

Яниса обреченно опустила голову и тихо прошептала:

— Тогда не понимаю почему здесь нельзя найти одеяние жрицы.