Под дубом сидела Миранда, привалившись к шершавой коре, опустив руки на змееподобные корни. Она запрокинула лицо вверх, как будто рассматривала звёзды, но, заслышав шорох ральфовых шагов по траве, опустила голову.

— О, так это ты, — сказал он. — Мне показалось, тут кто-то есть. Не против, если я сяду рядом?

— Ральф! — изумилась она. — Да… да, садись, если хочешь…

Он осторожно опустился на землю и хрюкнул от смеха.

— Я малость закостенел — уже не так юн, как прежде. Да и ты тоже, Рэнди.

Миранда молчала. Он скорее ощутил, чем заметил, что она его разглядывает. В конце концов она согласилась:

— Да.

— Тебе хорошо тут, Рэнди? — тон Ральфа был печален. — Думаю, Эдна слишком нагрузила тебя обязанностями. Я не хочу, чтобы тебя всё время навьючивали работой. Ты отказалась от всего, чтобы ухаживать за матерью…

Он прокашлялся и склонился к Миранде.

— Зачем ты продолжала за ней ходить, если знала, что мне тебя так не хватает?

— Кому-то нужно было, — пробормотала Миранда. — Я понимала, что Эдна для этого чересчур ветреная.

— Ты же знаешь, я не хотел жениться на Эдне. Мне нужна была ты.

В воздухе между ними застыло молчание.

— Но ты женился на Эдне. — произнесла Миранда.

— Я был одинок. Я женился бы на ком угодно! Но любил я тебя. Миранда…

Он притронулся к руке Миранды; его пальцы тряслись.

— Я всё ещё люблю тебя… и никогда не переставал…

На сей раз она говорила жёстче.

— Ральф, я тоже тебя люблю. Но уже слишком поздно. Ты поклялся Эдне в верности… у вас дети…

Он разжал свои пальцы, отпуская её.

— Да, — глухо сказал Ральф, — я знаю.

Он вздохнул. Темнота густела. Они едва-едва видели друг друга, словно превратились просто в два голоса.

— Миранда, мне плевать! Я до сих пор тебя люблю. Я объяснюсь с Эдной…

Теперь её рука притронулась к нему.

— Нет! Я запрещаю!

— Но, когда ты рядом, я вспоминаю всё, что мы прежде чувствовали друг к другу…

Её голос прозвучал очень тихо.

— Я уйду.

Ральф переполошился.

— Нет! Куда тебе идти? Ты не можешь! Ты не должна!

— Тогда, — печально произнесла она, — нам никогда больше не следует об этом говорить.

Она услышала, как он поднимается.

— Спокойной ночи, — уныло сказал Ральф. — Я иду домой.

В её голосе звучал поцелуй, который она не посмела ему подарить.

— Спокойной ночи, Ральф.

Его ноги прошуршали по газону. Миранда услышала, как хлопнула дверь.

— Ральф, — пробормотала она, неосознанно воздев руки в мольбе.

— Ральф, милый!

Руки бессильно упали.

Миранда понуро огляделась, словно действительно что-то различала во всей этой тьме. Цепляясь за дерево, она поднялась на ноги. Прижалась к сухой коре.

— Ох, Дерево! — вздохнула она и опять: — Ох, Дерево!

Она охватила руками ствол, обнимая дуб, словно он был человеком, способным ответить по-человечески. Прижалась ртом к коре.

— Ральф, милый!

По двору гулял слабый ветерок, мягко перебирая листья над головой.

Миранда прибиралась на кухне, Эдна сидела на стуле и без интереса наблюдала за этим. В комнату заглянула Элейн.

— Мам, поможешь мне сшить платье для куколки?

— Не сейчас, лапочка. Мама занята.

— Чем? Ты ничего не делаешь. Ты просто разговариваешь с тетей Рэнди.

— Нет времени, милая. Нужно бежать наверх и переодеваться. Мы с папой сегодня вечером идём в гости.

— Но я хочу, чтобы ты помогла сшить платье для куколки!

— Послушай-ка, дорогая. Наверное, по радио передают что-нибудь интересное — почему бы тебе не пойти в гостиную и не послушать?

— Не хочу слушать никаких древних передач!

— Ладно, тогда возьми тряпку и ножницы, куда-нибудь уйди и угомонись, перестань ко мне приставать. Почему бы тебе не помочь тёте Рэнди с посудой?

Миранда обернулась.

— Да, Элейн, милая, — приветливо согласилась она. — Разве ты не хочешь мне помочь?

— Я надену фартук, как мама, когда приходят гости и она хочет выглядеть, как будто тебе помогает.

— Ещё один висит на крючке за дверью.

Миранда вытерла руки, чтобы помочь девочке.

— Вот мы какие!