Огромная бутылка самогона с добавкой из сонного отвара перекочевала в руки мальчика, как и тысяча угандийских шиллингов. Сумма небольшая, чуть меньше тридцати центов, но большая часть населения живёт примерно на три-четыре тысячи шиллингов в день на семью из нескольких человек. Так что для пацана деньги приличные. Вот если бы он получил на руки всю предоплату, то пропал бы вместе с самогоном. А так наверняка выполнит поручение и вернётся за платой.

— Слышь, дядь, а чё мне им сказать?

— Скажи, что друг просил передать, чтобы выпили за его здоровье. Всё, беги.

В качестве напутствия Джон отвесил мальчишке лёгкий подзатыльник, который придал курьеру скорости.

Через полтора часа пацан вернулся. В это время Джон разлёгся возле стены и спал. Приближение мальчика он почувствовал животным чутьём, развитым им во время жизни в племени и на войне. Дома приходилось спать чутко, чтобы отогнать воришек-нунгу, которые постоянно пытались украсть их коров. А война часто развивает в людях чуйку.

Резко распахнув глаза, он уставился на пацана.

— Дядь, я всё сделал.

— Отдал самогон?

— Ага, — кивнул пацан.

— Кому?

— Мужчине из охраны финикового короля, — затараторил мальчишка. — Такой высокий, в песчаной военной форме и с автоматом.

— Что он говорил? — сверлил его подозрительным взором Джанго, подозревая, что пацан мог припрятать бутылку горячительного, чтобы потом перепродать.

— Он спросил: «От кого это?», — мальчишка переминался босыми ступнями, нетерпеливо поглядывая на Джона в ожидании оплаты. — Я сказал, что друг передал и просил выпить за его здоровье.

— И как отреагировал охранник? — Джон не спускал с курьера глаз. Пока тот говорил складно, отчего ему хотелось верить.

— Обрадовался, — паренёк стал нервничать, опасаясь, что ему не заплатят. — Дядь, ты деньги плати, я же всё сделал, как ты сказал!

— Держи, малец, — передал ему Джон оставшиеся три тысячи шиллингов. — Если будешь таким же шустрым, скоро купишь себе корову.

— Не, — скривил мордашку пацан. — Зачем мне корова? Когда я вырасту — уеду к белоснежкам.

— Зачем? — мужчина с недоумением разглядывал мальчика.

— Говорят, у них там классно. Все богатые, ничего не нужно делать и живешь как в сказке… — вид у пацана был мечтательным.

— Это кто так говорит? — вопросительно приподнял брови мужчина.

— Сестра Кена-водоноса, — улыбнулся мальчонка.

— Прям так и говорит?

— Не совсем, — пацан шмыгнул носом и принялся ковыряться указательным пальцем в носу. — Я слышал, как она с подружками разговаривала. Говорила, что её выгнали из Британии. Но пока она там жила, ваще кайф: бесплатно поят, кормят, много сексом занимаешься, ещё и деньги платят!

— Сестра водоноса — шлюха, малыш, — усмехнулся Джон. — Если бы она тут занималась тем же самым, тоже получала бы деньги.

— Не! — уверенно заявил пацан с важным видом, что плохо сочеталось с пальцем, которым он активно шерудил в носу, добывая козявковую руду. — Там, говорят, деньги всем просто так платят за то, что просто туда приплыл. Енто, как его? Пасобию за то, что не работаешь, во!

— Ну, ты и фантазер! Ха-ха-ха! — рассмеялся Джон. — Кто же будет платить деньги за то, что ничего не делаешь? Так ведь никто не будет работать.

— А вот и правда! Все так говорят. Ничё ты не понимаешь, дядь, патамушта дикий!

— Это ты кого назвал диким?! — со злым видом начал подниматься с земли Джон.

Пацан показал ему язык и быстро рванул с места, только пятки засверкали. Естественно, Джон лишь разыгрывал злость. В их племени не было принято обижать детей. Выдать наставительного подзатыльника — это запросто. Мелкого обязательно высекут розгами, если ребёнок сделал большую глупость вроде того, что собрал фрукты и сам их съел, а не принёс в клан, чтобы поделить на всех. А так, чтобы наказывать за пустяки — это дурость.

Он подхватил автомат и неспешной пружинистой походкой отправился в сторону финиковой рощи.

Сразу ломиться на территорию финикового короля он не стал. Вначале выждал и понаблюдал. Охрана не ездила патрулировать, что было для Джона хорошим знаком.

Он в засаде дождался темноты и того момента, как рабочие покинут рощу, после чего решился преодолеть низкий заборчик, обтянутый колючей проволокой. Пройдя через посадки в сторону дома охраны, он замер возле жилища и начал пристально прислушиваться. Изнутри доносились лишь храп и сопение, что немного успокоило парня.