Вашмен не спеша спустился к берегу ручья и поехал вверх по течению, пристально вглядываясь в землю в поисках следов. Примерно за полмили от того места, где что-то скатилось по склону к ручью, Вашмен спешился.

– Один из нас останется здесь – это будешь ты, Бак. Если я дам знак, быстро подведешь лошадей. Вискерс, мы с вами дальше отправимся пешком.

– Если начнут стрелять, не ползите. Это лишь сделает вас медленной мишенью вместо быстрой. Бегите со всех ног и прячьтесь за деревом. Если потеряете меня из виду, стойте на месте. И не шевелиться! Я найду вас сам.

– Не смейте обращаться со мной, как с новичком-бойскаутом.

Вашмен лишь покачал головой:

– Ладно, тогда посторонитесь... и не идите слишком близко за мной, – и двинулся дальше.

Он пробирался среди деревьев на некотором расстоянии от берега ручья. Солнце скрылось за гребнем, тени сгущались. Снег был мягким и рыхлым и не скрипел, когда сапоги Вашмена тонули в нем. Здесь, в нетронутом снегу, наверняка не было никаких ловушек, и Вашмен шел достаточно быстро. Конечно, невидимый стрелок мог открыть по нему огонь в любом месте, но, если исходить из такой возможности, лучше уж не двигаться совсем. Деревья стояли голые, и в большинстве направлений местность просматривалась на девяносто или сто футов даже при таком тусклом свете, а вот попасть в цель, скрывающуюся среди веток и сучьев, достаточно сложно.

Вашмен все время поглядывал на ручей справа и, дойдя до нужного места, свернул и начал – уже намного медленнее – выбираться на берег. Вискерс держался слишком близко, и Вашмен сделал знак рукой, чтобы тот отстал.

Он взял с собой Вискерса вместо Стивенса только потому, что хотел держать фэбээровца на глазах. Оставь Вискерса одного – и он, чего доброго, начнет палить во все, что двигается, а этим движущимся может оказаться и Вашмен.

Еще пробираясь среди деревьев, футах в сорока от берега, Вашмен заметил тело в ручье. Пригнувшись, он подобрался к ручью футов на десять и стал внимательно рассматривать мертвого. Он лежал на животе, лицом в воду, раскинув руки и ноги. По седым волосам Вашмен понял, что это, скорее всего, тот, кого называли Хэнратти. Либо он, либо кто-то посторонний, попавшийся им по пути.

Вискерс ползком подобрался к Вашмену.

– Это может быть ловушка.

– Весьма вероятно.

– Но мы все же должны узнать, кто это такой.

Что верно, то верно: им надо знать, сколько у них осталось противников.

Закатный свет окрасил красным склон над осыпью. Вашмен смотрел туда. Большие сосны обступали осыпь на манер подковы, края которой спускались к дальнему берегу ручья. Если Харгит и его люди поджидали в засаде, они могли быть в любом месте у кромки леса, примыкающей к осыпи, и оттуда – даже в сумерках – прекрасно видно, что происходит на берегу ручья. С другой стороны, они могли и уйти, рассчитывая на то, что их преследователи на какое-то время застрянут здесь, выясняя обстановку.

Первое, что следовало сделать, – это выяснить, какое из двух предположений верно, а уже потом попытаться найти в плане Харгита слабое место.

Вашмен переместился назад на несколько ярдов и подобрал молодое деревце, вырванное бурей, – благо недостатка в них не было. Ствол оказался подходящей длины; Вашмен срезал с него ветки складным ножом и обстругал, затем пристроился за сикомором и начал толкать свое творение, словно гигантский бильярдный кий.

Наконец цель была достигнута: конец ствола уперся точно под мышку трупа. Вашмен оставил его в таком положении; теперь достаточно было одного хорошего толчка, чтобы перевернуть покойника, но делать этого он пока не стал. Вернувшись обратно в гущу деревьев, он произнес:

– Мы не можем позволить себе провести здесь полночи, согласны? Если они ушли, нам надо в этом убедиться, а если они здесь, то мы должны заставить их открыть огонь.

– Вы ищете добровольца?

– Именно так, – спокойно ответил Вашмен, глядя на Вискерса.

– Изложите мне, что вы задумали? – потребовал Вискерс.

– Спрячьтесь за этим сикомором и будьте готовы перевернуть тело. Если под ним граната, вы услышите, как щелкнет ручка, – тогда бросайтесь ничком на землю и закройте голову руками. Возможно, это ловушка для нас, а возможно, и нет. В любом случае я хочу, чтобы вы совершили небольшую пробежку, после того, как перевернете тело. Выскочите на открытое место шага на три-четыре, словно хотите рассмотреть мертвого поближе. Дайте им достаточно времени, чтобы засечь вас, но не столько, чтобы прицелиться наверняка. Три-четыре шага – и тут же бросайтесь вправо и падайте на землю среди деревьев. А потом бегом рвите обратно в расчете на то, что они пальнут по вас несколько раз.

– Понимаю. А где будете вы?

– Вон там внизу. – Вашмен указал на нижний конец "подковы". – Мы будем верхом, и если вы сможете вызвать огонь на себя, то я сумею засечь вспышки ружейных выстрелов. Мы сможем доскакать к ним достаточно быстро и накроем их. Ну, что скажете?

Вискерс явно призадумался. Вашмен взглянул на небо, просвечивающее между голыми ветвями деревьев. Сумерки – на фоне темно-синего бархата неба уже кое-где показались звезды. Возможно, через полчаса взойдет луна.

– Хорошо, давайте попробуем, – согласился Вискерс.

– И еще одна вещь. Мне надо знать, Хэнратти ли это. У вас будет возможность взглянуть на лицо трупа, когда вы его перевернете. Если убедитесь, что это Хэнратти, как только улучите время, трижды подряд выстрелите в воздух.

– А что потом?

– Вам лучше оставаться здесь, чтобы я знал, где вы находитесь. Понятно, что вам такое не по душе, но если вы кинетесь следом за нами, то, скорее всего, попадете под перекрестный огонь, как с их, так и с нашей стороны.