– Ты совершаешь серьезную ошибку, управляя лудусом, Макрон.

Макрон презрительно фыркнул: - Для тебя, я - господин.

Командир фыркнул: - Я офицер преторианской гвардии. Мне не обязательно обращаться к тебе “господин”.

Макрон округлил глаза на Мейсера: - Ты прикомандирован от охраны. Внутри этого лудуса я единственная власть, и тебе лучше начать обращаться ко мне именно так, как я сказал. Все ясно?

Мейсер уставился на оптиона: - Как пожелаешь… господин. Но мой протест остается в силе. Если ты продолжишь применять суровые меры к гладиаторам, ты уничтожишь имперский лудус.

– Жесткие меры? - Макрон недоверчиво посмотрел на командира.
– Я называю это старой доброй легионерской дисциплиной. Чему не помешало бы подучить солдат под твоим командованием, Мейсер.

– Мои стражники вполне способны защитить этот лудус, господин.

Макрон насмешливо фыркнул: - Я прослужил тринадцать лет легионером. Я могу сразу определить качества бойцов. У Нептуна больше шансов выпрыгнуть из Тибра, чем у твоих охранников проявить солдатские навыки.

Мейсер продолжал неумолимо смотреть на оптиона. У него был служебный вид, который напомнил Макрону штабных офицеров легионов. Он сразу же почувствовал неприязнь к этому человеку.

– Это не лагерь легионеров. Это имперский лудус, господин, - продолжил Мейсер.
– Здесь мы делаем все по-другому. Тебе следовало бы принять этот простой факт, как это сделал Корвус.

– А ну-ка, ну-ка, погоди? Давай поговорим на простой латыни, парень! Здесь не поэтический кружок, говори яснее.

Мейсер возмущенно скривил губы: - Да господин. Я имею в виду, мы должны действовать осторожно с гладиаторами. Бато - благородный вождь воинственного племени. Он не какая-то наглая бестолочь с Авентина, которая случайно надела форму легионера и меч. Ты должен относиться к нему с уважением.

Макрон взорвался от ярости: - Уважением? Не зли меня! Этот фракиец бросил прямой вызов моему авторитету. В легионах не терпят неповиновения, и я не потерплю его и от тебя.

– Как бы то ни было, ты затеял драку не с тем человеком.

– Бато - нарушитель спокойствия. Я видел десятки таких, как он. Гниль несусветная. Им нужна дисциплина. Дай ему несколько хороших ударов кнутом и неделю половинного пайка, и он быстро придет в норму.

Мэйсер покачал головой: - Боюсь, что нет. Бато не обычный гладиатор, господин. Раньше он был Первым Мечом в лудусе, пока на его место не был назначен новый человек, Марк Валерий Паво. Назначение Паво разозлило Бато.

Макрон пожал плечами: - У него будет достаточно времени, чтобы успокоиться, как только Акулео закончит его пороть.

Мейсер на мгновение сжал губы, выплескивая свой гнев через ноздри.

– Проблема не ограничивается одним Бато. Она охватывает больше, чем одного человека. Видишь ли, когда Бато был схвачен, многие члены его племени попали в плен вместе с ним. Поскольку все они были исключительными бойцами, их массово распределили в Имперские лудусы.

Лицо Макрон покраснело от гнева: - О скольких его сторонниках ты говоришь?

– Почти половине людей в лудусе, господин.

– Ты хочешь сказать, что наш лудус, заполнен военнопленными, жаждущими отомстить своим римским противникам?

Мейсер коротко кивнул головой. После неловкой паузы он взглянул на Макрона. В его глазах мелькнул страх: - Если ты слишком сильно надавишь на Бато, его люди восстанут против твоей власти. В этих стенах сто двадцать гладиаторов, господин, и только шестнадцать охранников под моим командованием. Фракийцы - просты, как младенцы, и он смирится с условиями своего заточения, пока у него будет вино, женщины и деньги. Лишив этих людей их привилегий, ты бросил им вызов. Боюсь, мы все дорого заплатим за твои действия.

Макрон смотрел на командира с открытым презрением. Он уже собирался ему ответить, когда звук тяжелых шагов прервал его. Обернувшись, он увидел, как Акулео торопливо взбирается по мраморным ступеням, лихорадочно жестикулируя.

– Господин!
– крикнул тренер, усмирив дыхание. - Господин, вы должны немедленно пойти со мной!

Макрон напрягся, увидев тревогу в глазах тренера.

– О чем ты говоришь? - нетерпеливо спросил он.
– Говори, мужик!