Стесняюсь спросить, что они делают, пардон, в определённые дни месяца… Надеюсь, я этого никогда не узнаю! Пенёк мой, пенёк! Сжалься надо мною, пожалуйста, а?! Так хочется смога, гемопродуктов и когда тебя антибиотики уже не берут! Родной мой захламлённый и агрессивный мир!..

Где женщины не только умеют сносно читать и вышивать гладью! Где тебе не зашивают раны без анестезии, где даже самые-пресамые аристократы после того, как ты их спасёшь, говорят, как минимум, «спасибо», а не делают замечание, что у тебя непорядок в одежде!

– Миссис… забыл Ваше имя… я отвезу Вас домой!

Ещё чего не хватало! Сама прекрасно доберусь! Ещё полчаса в обществе этого юродивого, и моя самооценка просто испарится! Надо же, как загнобил спасительницу! Чувствую себя после «комплиментов» простушкой из рабочего класса.

У них тут рабочий класс, кстати, есть? Точно есть! У них же мануфактура! На фабриках же не селяне работают!

– Благодарю, не стоит, – отхожу подальше, а то, мало ли, вздумает принудить насильно!

– Вы не назвали мне своего имени!

– Вот как? Вы тоже, извините, не представлялись. И, между прочим, намедни мой хороший друг, Джордж Причард, меня вполне так разборчиво Вам называл. Вы просто не потрудились запомнить.

– Я – лорд Барлингтон, позвольте представиться, – церемонно наклонил голову. Видимо, от манер, всё же, в психике кое-чего осталось.

– Я – миссис Айрин. Фамилию свою не скажу… В Ваших землях, видите ли, сэр, орудует банда негодяев, которая мне травмировала затылок. Теперь я почти ничего не помню, – корячиться в реверансе принципиально не буду! Я не забыла Вашего хамства!

– Сколько их и как выглядят? – нахмурился.

Сколько? Как выглядят? Один трухлявый пенёк и сортир в Петербурге!

– Сэр, Вы оглохли? Я же сказала – у меня амнезия.

– Я предприму необходимые меры…

– В попытке вернуть мне память?

Сначала, вроде, ощутимо напрягся, потом шумно выдохнул.

– Мадам! Я не привык, чтобы со мною шутили. А Вы, я ещё вчера это заметил, совершенно не в состоянии совладать со своим языком! Будьте осторожнее, миссис Ай-рин!..

– Хорошо, я приму к сведению. Надеюсь, после столь продолжительной и информативной беседы, мне будет позволено идти?

– Это Вы, видимо, оглохли, леди, раз приходится Вам всё повторять по два раза. Я же сказал, что Вас отвезу!

– Я прекрасно всё слышала! Просто Вашего предложения не принимаю. Или такое для Вас, как и шутки, тоже – экзотика и вновинку?

– Впервые встречаю столь развязную и вздорную даму!

Бесцеремонно хватает меня под локоть и тащит за собой к деверьям. Догадываюсь, что там у него спрятана лошадь. Глупо упираться, когда агрессор в два раза тебя крупнее…

Нет! Я передумала!!! Я упираться – БУДУ!!! Смирная лошадка Джорджа выглядит полуживым сонным пони на фоне этого вороного монстра. Огромных размеров конь, и из ноздрей, ей Богу, не показалось! – пышет адское пламя!

Как я вчера его не рассмотрела? Слишком была занята перевариванием хамства его хозяина…

– Я никуда на нём не поеду!!! Отпустите меня сейчас же!!! Вы не имеете права!!!

– Что за детские капризы? Позвольте, Вы что же? Боитесь? Меня или моего Вельзевула?

Капец, как удачно подобрано имя! Это кто же так бедного жеребёнка назвал? Поэтому он вырос и стал таким страшным! Имя, как говорится, судьба!

– Я никого не боюсь! Ни дьяволов, ни Люциферов! А Вас уж, тем паче! Как можно бояться, пусть даже, допустим, лорда, если он десять минут назад лежал тут передо мной беззащитным и голым?! Просто мне пока что не надо домой. Хочу кой-куда заглянуть. И будущая встреча, если уж говорить откровенно, не предполагает свидетелей!

– Это к кому же Вы тут намерились «заглянуть»? – снова нахмурил брови и говорит раздражённо.

– Вас, сударь, это волновать не должно. Отправляйтесь домой в одиночестве. И вызовите себе доктора! Кроме всего прочего, у него в арсенале есть адреса «прелестных местечек». Я полагаю, Вам там будут ужасно рады, если надумаете их посетить!

– Я спрашиваю повторно, – и желваки заходили на скулах, – с кем у Вас встреча?

– Господи, вот Вы упрямый! С пнём в Вашем лесу у меня рандеву. Такой ответ Вам подходит?

– Вчера Вы его мучили, сегодня решили добить? – немного расслабился… кажется.

– Ну почему же? Я всё обдумала, и пришла к выводу, что была с ним излишне резка. Вот, хочу извиниться…

– И всё это Вы говорите таким серьёзным и раздражительным тоном… Складывается впечатление, что Вы абсолютно не шутите… – буркнул себе под нос.

Вот только разговоров с самим прекрасным собой ему для полноты образа и не хватало!

– Вам, кроме юмора, известны такие понятия, как ирония и сарказм?