— Сновид Романович, дорогой ты наш! — к причалу встречать гостей подошел Прокоп, упрежденный о прибытии шустрым Сбыней.

— Здравия тебе, Прокоп! Давненько не встречались, год уже вроде прошел?

Купец сошел с корабля и поклонился старику. Его люди в это время уже приматывали канаты к небольшим двойным столбикам кнехтам, установленным для швартовки, да с надеждой косились на хозяина, чтобы тот побыстрее отпустил их на сушу.

— Почти, и правда, год скоро будет. По прошлой зиме ты нас радовал своим визитом, а после люди твои приходили только. Время то как летит, и не заметить. — продолжал распинаться Прокоп поглядывая на груз ладей.

— Это точно, не заметить. Смотрю даже отсюда видно, сколько всего тут произошло. Мне то рассказывали, но не верил, честно тебе признаюсь, думал сказки сказывают, а тут и права диво дивное! Слышал что народ вы сманиваете по соседним деревням, но и не подумал, как сильно развернуться получилось.

Прокоп от этих слов весело заулыбался. Его же старания тут нахваливают.

— А кто говорит, что народ сманиваем? Пока никого не уговаривали, все сами прибыли.

— Да, от других купцов и слышал, боярин еще, сосед ваш, тоже как-то жалился сказывают, а еще говаривал, будто смуту тут устроить вы решили.

— Что мы тут все на улице речи ведем? Идем в дом ко мне, там уже и стол накрыть должны были, люди у нас глазастые, давно тебя заприметили. — свернул с темы Прокоп, чтобы продолжить разговор в более приватной обстановке.

— С большой радостью, Прокоп. Мне бы еще команду мою пристроить, да обогреть надобно, сейчас я указание отдам и сразу к тебе.

— Не забижай старика, друг мой, твоих людей и переночевать устроят и накормят, да потом в баньку отогреваться отправят. Места у нас нынче не много, но о дорогих гостях позаботиться сможем.

Так они наконец-то закончили взаимные расшаркивания и двинулись к дому Прокопа, где еще на полчаса продолжили заниматься пустым сотрясанием воздуха и поеданием вкусной запеченной рыбы. Через обозначенный срок в дом пришли и остальные, Тимофей занял место возле Прокопа, а Игнат с Лютомиром подсели к купцу. Теперь можно и о делах поговорить.

Как оказалось, Игнат с Лютомиром давние друзья, еще с тех времен, как были новиками в дружине боярина. Только вот Игнат оттуда быстро ушел, а Лютомир остался и выслужился до десятника, что очень немало. В боярской дружине выше него по статусу был только сам боярин, а это дорогого стоит. Первая встреча старых друзей тем временем была очень напряженной. Один переживал, что боевой товарищ причинит вред его семье и деревне, а второй, что противником в бою окажется добрый друг, с которым был съеден не один пуд соли. Но через пару дней лед тронулся, они все-таки разговорились и градус напряжения начал постепенно спадать. Это конечно не повлияло на тот факт, что Лютомир старался присутствовать на всех возможных собраниях и событиях деревни. Свое дело он собирался выполнять на совесть.

— У нас все для тебя подготовлено, Сновид Романович. Как знали, что ты пораньше явишься. — начал беседу Тимофей, когда закончилась вступительная часть приветствий и представления новых лиц.

— Добро это. — отвечал купец, поглаживая бороду. — Да другого я и не ожидал от вас, и товар добрый и обещания крепко держите. Все бы такие были, я б в злате купался.

— Так может быть и нас хватит, чтобы ты в злате купался? — с заговорщицким взглядом спросил Тимофей.

— А ну-ка. Неужто удивить меня решили?

— Не знаю насчет удивить, но пара новых товаров для тебя найдется. — усмехнулся Тимофей и положил перед купцом лист бумаги, размером чуть больше формата А4.

Свои эксперименты по производству бумаги парень все-таки продолжил. Пусть не быстро, но товар стоящий, должен приглянуться, а если будут сразу покупатели, то на такое дело можно и людей побольше поставить. На данный момент листов было всего четыре десятка, для затравки так сказать. А сил на них потратили… Ух!

— Ого, это где вы такую бумагу взяли? — удивился купец и начал осмотр презентуемого образца.

— Делаем потихоньку. — потупился парень.

— И сколько вы такого можете сделать? Честно скажу, без утайки. Удивили вы меня. Бумагу нынче привозят издали, но мало, а покупатель есть. Цену дам добрую, но не самую высокую. Качество сей бумаги похуже будет, и размер поменьше, а цена той до полугривны доходит.

Глаза Тимофея резко распахнулись очень широко.

«Сколько? Да я зачем тут корячился столько, когда можно было просто бумагу делать? Сложно, долго, но цена то какая! Просто кошмар!»

К сожалению этот взгляд не пропустил и купец. Если до этого он собирался озвучить цену лишь на три десятины ниже, то теперь предложил лишь половину.

— Четверть гривны, к сожалению это все, что могу я вам предложить. Да и то это будет очень хорошая цена. Хоть покупатели и есть, но они явно не захотят давать полную цену за такой товар, но если предложить им хорошую скидку, то это уже другой разговор. — начал заливаться соловьем купец. — Сколько такой бумаги вы готовы продать сейчас и сколько еще сможете сделать?