Как итог, мы не только песню записали, но и время провели весело. Я, конечно, по-прежнему был слегка насторожён при общении с обеими девушками. Всё-таки, Агата — девушка непростая, из непростой семьи. Да и вообще — старался не обидеть случайным словом. Она выглядит очень ранимой. Зато Полина как-то расслабилась и всё чаще улыбалась.

Наши пикировки стали менее напряжёнными. Но она по-прежнему держала дистанцию. Возможно, виной тому аристократическое воспитание, или, как предположил Арсен, — ревность ко мне из-за внимания Агаты. Не знаю, но всё больше мне казалось, что ревность здесь ни при чём, и всё чаще в голосе Полины звучало уважение ко мне, что тоже было неожиданно. Сыграл им пару своих песен под гитару, и наконец-то меня отпустили.

Время уже приближалось к десяти часам вечера. Я пошёл пешком до дома. В колледж на машине ездить перестал, а в такое время автобусы ходят очень редко. Брать такси не хотелось. Лучше уж насладиться последними тёплыми денёчками.

По дороге строил планы на будущее. Это я люблю. Подумать, пофантазировать. Вообще, после записи песни появилось воодушевление. Вот чем я действительно хочу заниматься! Петь песни, записывать их, давать концерты. А в итоге что? «Хадыж-Крем»? Прекрасно!

Глядя на Агату, пришло понимание, что всё можно успеть. Она рассказала о своих концертах, репетициях и прочем, связанном с жизнью эстрадной звезды. Уж если девушка с пятнадцати лет живёт в подобном ритме и всё успевает, то почему я не смогу так же? Да, за моей спиной нет богатого рода и серьёзного лейбла, но тут главное — выбрать направление и двигаться, а не метаться из стороны в сторону.

Хотя, конечно, род есть. Максютовы готовы меня признать ни много ни мало главой. Я не хотел входить в род вассалом, но главой — почему бы и не стать? Оставить совет рода, поставить там главным Ураза, пусть они всё разгребают.

Самому же отработать концертную программу и летом отправиться в тур. Вполне реальный план.

Татьяна Елецкая после ужина зашла в кабинет своей матери. На столе стояли свечи, под потолком разместилась парочка магических светильников. Электричество в родовом особняке старались использовать по минимуму.

Кабинет был скучным и унылым. Девушка знала, что и мать его не любит, а предпочитает работать в своём офисе, который находился в современном деловом центре, расположенном почти в самом центре города. Несмотря на это, мама часто брала важные бумаги домой, стараясь поработать перед сном в спокойной обстановке.

— Ты что-то хотела? — Влада отвлеклась от бумаг и устало посмотрела на дочь.

— Зашла проведать, заодно узнать про Виталика Шувалова. Сегодня Семён опять сорвался и подрался с ним.

— И Ромочка его не удержал? — Мать удивлённо приподняла бровь. — Или этот Виталий был слишком наглым?

— Да и то, и другое.

— Судя по виду сына, он не проиграл? — равнодушно спросила Влада. Она не любила все эти детские драки. Но понимала, что от этого никуда не деться. Мужчинам просто необходимо доказывать себе и окружающим, что они круче всех. В школе и колледже, как правило, это выливается в драки. В более взрослом возрасте появляются другие способы. Кто-то разбивает сердца девушкам, кто-то зарабатывает деньги, а кто-то продолжает драться для пользы рода.

— Ну, — замялась Татьяна, — не проиграл и не выиграл. Оба заработали откат. Но Виталий на удивление хорошо держался.

— Понятно, надеюсь, это слегка остудит пыл твоего брата. Вроде, среди мальчишек считается не зазорным схлопотать по морде, а вот откат словить и не выиграть бой — это проигрыш чистой воды.

— Что-то типа этого, — пожала плечами Татьяна, — так что там с информацией по Шувалову?

— Да ничего интересного, — Влада, порывшись в бумагах на столе, достала тонкую папку. — Мать и отец — наследные дворяне. Род Шуваловых. Погибли, проиграв в войне с родом Кутыевых. Что интересно, новый Кутыев учится с вами в одном классе. Но они в войне не принимали участие, вряд ли он точит зуб на паренька. Скорее, должен быть благодарен за то, что Шуваловы освободили им место, позволили взять себе новую фамилию и продолжить княжеский род.

— Что ещё?

— По магии парень достаточно силён. Шестой ранг, ученик. Но, сама понимаешь, шансов на нормальное развитие почти нет. Он не вошёл в род, да и род Шуваловых достаточно слаб. Алтаря у них нет, дар не развить. Способностей в роду не было.

— Тогда чем он так заинтересовал целительницу? — Пока получалось, что Виталик ничем не примечателен, и таким и останется. Резкий скачок после открытия магического ядра ничего не значит. Шансов стать мастером почти нет.

— Может быть, тем, что постоянно лезет в драки? — ухмыльнулась мать. — Семён помогает ему становиться сильнее, так же, как и его целительнице. Пусть дерутся. Твоему брату это тоже полезно. Может быть, поймёт, что не всё можно решить с помощью кулаков.

— А почему он безродный? Вроде же, был в роду?

— Шуваловых возглавила сестра деда Виталика. Он почему-то решил не вступать в новый род. Странный поступок, глупый, на мой взгляд, но чего ещё ждать от восемнадцатилетнего парня?

— Что-то ещё?

— Он не богат, но на жизнь средства имеются. Мелкий завод в Хадыженске, там какой-то смешной оборот типа ста пятидесяти тысяч в год, и оздоровительный центр. Это уже получше, — она перелистнула страничку, — песенки поёт, играет на гитаре. Даже альбом выпустил с помощью какого-то мелкого лейбла. У них всего три артиста, включая Виталика.