— Да, мама! — кротко ответила дочь. Она знала, что в такие моменты с матерью лучше не спорить.

После обеда Татьяна отправилась к себе в комнату — бороться с обидой на мать и весь род. Зачем ей обихаживать этого Ромочку? У них и так крупный род, как-то жили до этого без целителя, проживут и дальше. Не очень все это вяжется с тем, что в неё годами вдалбливали об исключительности семьи Елецких, об их величии. Как же оно так получается, что ей приходится переламывать себя и улыбаться какому-то жалкому дворянину из незнатной семьи?

Татьяна давно смирилась, что первого мужа ей выберут родители для укрепления рода. У старших аристократов это в порядке вещей. Первый брак работает на род. А вот второй обычно по любви. А какая может быть любовь к этому сопливому Ромочке?

Была еще возможность самой уйти в чужой род, но тогда жених должен быть из великокняжеской семьи, выше её по статусу. А таких на всё их княжество человек пять. И с равными по статусу тоже проблемы. Таких было немало, но Елецкие слишком горды, чтобы отдавать дочь на сторону. Ну и, конечно, богаты, что, безусловно, приятно, но прожить всю оставшуюся жизнь в этом доме? Без электричества и кондиционеров… Такая перспектива ее пугала.

А еще в голове засел этот странный Шувалов. Она хорошо запомнила его насмешливый, неожиданно взрослый и все понимающий взгляд. А уж как он уложил братика его же приемами — на это можно было смотреть вечно!

Когда дети покинули столовую, Влада позволила себе расслабиться и приказала принести вина. Планов на вечер не было, можно и отдохнуть.

Взяв бокал, женщина вышла на веранду и села в плетеное кресло. Здесь стоял охлаждающий артефакт, благодаря чему воздух был свеж и прохладен. У их рода имелся родовой алтарь, но тот был слаб, и, чтобы не нарушать его работу, в доме практически не использовались магия и электричество. Так было у многих древних родов. А переехать в городскую квартиру, которая у них имелась, они не могли. Надо дождаться, когда дети наконец-то вырастут. Сейчас им, как никогда, требовалось находиться как можно ближе к родовому алтарю.

Мысли перескочили на просьбу дочери. Это первый раз, когда она заинтересовалась каким-то мальчиком. Нет, Влада знала, что дочка уже не раз встречалась с мальчиками, но никто из них не смел бросить вызов её брату, а уж победить его — самый верный путь обратить на себя её внимание. Надо будет разузнать об этом Шувалове, даже если не из-за дочери, то хотя бы из-за сына. Тот так просто не спустит свое поражение. Он весь в отца. Сильный и упрямый. К сожалению, не очень умный, но для ума в их семье есть женщины.

«Главное, чтобы глупостей не наделал», — думала женщина, потягивая вино из бокала, который красочно сверкал в лучах заходящего солнца.

После прохождения ритуала магических сил у него прибавилось, а вот психика стала нестабильной. Владе пришлось перечитать много литературы, чтобы научиться удерживать сына, не давать ему срываться.

Неполный ритуал считается безопасным. Последние сто лет обычно его и используют. Суть — прервать ритуал в середине, когда пульс кандидата замирает. В этом случае реанимация практически стопроцентная. Но полный контакт с алтарем такой способ не дает наладить. Также не дает приобрести способность. А главное — не дает контроля над собственными силами. Ядро часто находится на грани отката, что делает человека раздражительным и злым. Тело периодически непроизвольно наполняется магией, которую надо куда-то выплеснуть. Это туманит мозги и делает человека опасным.

Целительница колледжа обещала присмотреть за Семёном, заявив, что ученикам полезно будет иметь в классе такой раздражитель. Это неприятно было слышать, но что-либо изменить было не в силах Влады. Держать Семёна дома опасней для него же самого. А в колледже постараются научить контролю над ядром. Остается только верить в успехи преподавателей и надеяться, что сын не влезет в какие-нибудь проблемы вне школы.

Глава 19

Утром разбудил телефонным звонком Арсена, заявив, что пора собираться. Он обещал показать, что успел сделать в помещении лейбла, и хотел съездить со мной в Хадыженск. Правда, Арсен не ожидал, что я соберусь так рано.

Встретились мы у помещения лейбла. Над ним висела витиеватая золотая вывеска с названием.

— О, ты решил выгулять свою красавицу? — Арсен радостно хлопнул по капоту «мазератти».

— Ну не стоять же ей без дела в стойле, — пожал я ему руку, — показывай, что успел.

— Вчера вот вывеску повесили! Вход же начинается с вывески. Как человек с костюма.

— Ну-ну! — ухмыльнулся ему в ответ. Арсен открыл дверь, и мы поднялись на третий этаж.

— Все обставил. Два дня люди таскали мебель! В понедельник можно принимать гостей, — гордо заявил Арсен.

Я прошелся по комнатам. Что можно сказать? Дорого, богато. Лакированное дерево, хрустальные люстры, мягкие ковры.

— Сколько же денег на это все ушло! — Интерьер впечатлял. Как будто я попал в кабинет к зрелому солидному дядьке, а не к молодому управляющему музыкальным лейблом.