= 35 =

= 35 =

Руслан видел, что его слова произвели на Таню ошеломляющий эффект. Да только её эмоции его не трогали. Он взрослый мужик. Бизнесмен. Привык по жизни гнуть свою линию и не прогибаться под кого-то.

И сейчас выскажется предельно ясно. Если же это кому-то не понравится… что же, не его проблема. Со своей стороны он будет честным.

– Как расстаться, Руслан? В смысле? – попыталась усмехнуться, словно желала перевести всё в шутку.

– В прямом, Таня. Мы больше с тобой не будем видеться, разве что, как хорошие знакомые. Но со знакомыми я встречаюсь раз в полгода и то по делу.

– Я не понимаю, Руслан? – Татьяна побледнела, нервно сжимая пальчиками кружку с горячим кофе.

Руслан очень надеялся, что ему в физиономию не полетит этот самый кофе. Таня вроде никогда не была истеричкой. Но на всякий случай напрягся. Мало ли, что именно и когда от обиженных женщин можно ожидать.

– Между нами всё кончено, Тань. Чего же ты не понимаешь, а?

– Почему? Ты же говорил…, - запнулась, приоткрывая рот, - говорил, что мы поженимся.

– Такое было в моих планах. Но я не делал тебе официального предложения. Ничего не обещал. Чёрт возьми, Таня, мы с тобой даже не спали ни разу.

– И это не моя вина, ты сам…

– Знаю, - тут же перебил, - я помню, что говорил, кому и когда. Тань, я принял такое решение. Оно неизменно. Прости меня, но так будет лучше для нас обоих, поверь.

– Руслан, как же лучше? Нет. Я же люблю тебя.

– Тань…, - он мотнул головой, слегка сжимая губы, - я не думаю, что любишь.

– Люблю, Руслан. Скажи, что случилось? С чего вдруг такое решение, а? Я имею право знать. Ведь есть же причина!

– Тань, хочешь откровенно, да?

– Хочу, Руслан. Очень, - она требовательно впилась в глаза мужчины, смахивая ладошками слёзы с щёк.

– Я просил тебя не общаться с моей мамой. Но ты не просто продолжила тесное общение с ней, но ещё и позволила себе прогнуться под неё.

– Я не…

– Только не нужно лгать, - резко оборвал девушку, - я не идиот, Таня. После того, как увидел маму в твоём доме, я нанял компетентных людей, которые проделали для меня специфическую и деликатную работу. И я теперь знаю, что ты с ней часто встречаешься. Более того, ваши встречи в кафе и прочее…, - выдохнул, - вы бы хоть думали о том, кто ошивается рядом с вами, когда разговариваете на басах. Мой человек даже занятные записи ваших бесед мне показывал.

– Ты следил за мной? – возмутилась, приоткрывая губы.

– Как вижу, что не зря. Я в курсе, как мать науськивает тебя окольцевать меня. И мне это очень не понравилось.

– Рус, да она буквально преследует меня. Не могла же я грубо послать её?

– Могла. И должна была послать, - твёрдо процедил, - тебе известно, что отношения между мной и матерью натянутые. И уже давно. Я не позволял ей лезть в мою жизнь тогда, когда мне было восемнадцать. И неужели вы обе думаете, что я позволю ей это сейчас, когда мне стукнула тридцатка?

– Руслан, я же не…

– Тань, я даже слушать ничего не желаю. Жрать ложь ложками не намерен. И терпеть рядом с собой женщину, которая ходит под каблуком у моей матери, я не стану. Моя женщина должна слушать меня. Меня, Таня, а не кого-то со стороны. Она должна мне обо всём рассказывать. И не вестись ни у кого на поводу. Вот с такой я смогу создать семью. Жениться на абы ком или потому что так нужно, я не стану.

– Руслан, ты всё не так понял.

– Я всё верно понял. А все свои шаткие и совсем неубедительные аргументы оставь для себя и для моей мамы. Уверен, ей будет любопытно узнать, почему я оставил её протеже. Не завидую я тебе, Танюша, гнев твоего кукловода воистину будет страшным, - хмыкнул.

– Руслан, как ты так можешь? Ты же очень обижаешь меня сейчас, - всхлипывала, - дай мне шанс, и я не буду больше и замечать твою маму.

– Я уже давал тебе шанс, Таня. А ты им не воспользовалась. Кроме того, я никому не позволю обижать мою дочь. Маме моей можешь передать, что пусть даже и не мечтает Юльку сбагрить в интернат. Пока я жив – этого не будет. А если даже так станется, что помру, так этого не позволит мой брат. Он любит Юлю словно отец и в случае чего с лёгкостью его ей заменит.