Это было правильное решение. В палатке, как в пещере Али-Бабы, нашёл всего и много. Но сначала выхлебал чуть не полбутылки морса, который на пьянку притащил Ваха. Он любитель запивать спиртное, вот и позаботился, чтобы было чем. Благо, что не все успел вылакать.

Немного погасив бушующий внутри организма пожар, решил разобраться, что из вещей у меня есть и куда меня занесло в этот раз. Всё-таки хорошо иметь молодое здоровое тело. Утолив жажду, прямо на глазах ожил, а похмелья почему-то не было как такового. Начал с того, что закончил установку палатки, которая до этого стояла на трёх столбах или шестах, и то чудом. Про растяжки никто не подумал, когда её устанавливали. Непонятно, каким чудом эти три столба держались. Всё нужное для нормальной установки обнаружил внутри палатки, поэтому быстро привёл её в приличный вид.

Разбирая вещи внутри палатки, я задавался вопросом, откуда что взялось и для чего. Ладно снайперская винтовка и ящик патронов к ней (как только не перепутали и положили нужный), это понять можно. Скорее всего, притащили из моего дома, как и палатку. Но вот пара ватных матрасов, крутой ватный же спальник, принадлежащий, как я помню, Сепе, восьмилитровый котелок для плова, над которым Кора трясся, как над дитём малым, и мангал Вахи, навевали на мысль, что мои друзья собирались посетить прошлое вместе со мной. Вообще вещей и припасов в этот раз получилось дофига и больше, всё перечислять замучаюсь. Благо ничего скоропортящегося не нашёл, но и так мне всё быстро не съесть.

Разумнее всего сейчас было бы просто вернуться домой, но ведь это не мой метод. Раз уж попал, надо выяснить хотя бы, куда меня занесло, а потом уже думать о возвращении.

Но я ничего не стал предпринимать, пока не прибрался в палатке и не провёл ревизию имущества. Раскладывая вещи по углам согласно их предназначению, только головой качал, глядя на всё это изобилие. Когда нашёл ящик со столярным инструментом, вообще в осадок выпал. Похоже друзья собирались перебраться в новый мир, если не навсегда, то надолго. Или, может, меня собрались оставить здесь надолго, плохо, что ничего не помню. Нашёл в палатке и ворох одежды, почему-то только своей, что намекало всё-таки на второй вариант: меня решили изолировать от общества надолго.

Так, посмеиваясь сам над собой, оделся по-летнему, закинул за плечи винтовку, проверив предварительно, есть ли в магазине патроны, и полез на стоящий рядом исполинский дуб. Рассудил, что лучше будет с верхотуры осмотреться, чем наобум выбирать, куда идти. Лезть было легко и ненапряжно, поэтому уже через несколько минут я покачивался высоко над землёй и отчаянно матерился.

Да и как иначе, если мне повезло переместиться на окраину леса, и уже в полусотне метров от меня начиналась обширная, до самого горизонта, равнина, на которой совсем недалеко от опушки леса важно шествовали пять мамонтов. Мамонтов, блин. И каким образом мне здесь менять историю? Мамонтов одомашнивать?

На землю слез злой, как тысяча чертей. Просто даже ума не приложу, как здесь можно что-то изменить. Нет, понимаю, что теоретически можно найти первобытных людей, научить их чему-нибудь и таким образом исполнить свой долг. Но сразу возникает вопрос: на сколько это может затянуться?

А главное, стопроцентного результата может и не быть. Есть о чём поразмышлять.

Честно скажу, успокоившись, довольно долго думал, пытаясь сообразить, как мне здесь отделаться по-быстрому и с положительным результатом. Ничего толкового не придумал, только голова заболела от этих напряженных размышлений. В итоге, чтобы немного размяться и проветрить голову, принялся прорубать проход к равнине, благо топор есть. До самого вечера изображал из себя лесоруба и проход всё-таки сделал. Но перед сном основательно заложил его свежесрубленными ветвями, переживал, что в гости нагрянет какой-нибудь хищник. Потом поужинал всухомятку и завалился спать.

Утром проснулся, уже имея готовое решение, как мне быть в этой ситуации. Да никак. Решил, раз уж есть такая возможность, настрелять побольше дичи, затарить палатку мясом здешних травоядных и возвращаться обратно. Не думаю, что Стелла сразу воспримет меня кузнечиком и начнёт переносить в сложные миры. Может, в другой раз я и заморочусь что-то менять в первобытном мире, но точно не сейчас.

Охота здесь была не охотой, я даже не знать, как это и назвать-то.

Очистив тропу от наваленных вчера веток и выбравшись на окраину леса, даже растерялся от обилия дичи. Ходить никуда не надо, вот оно, всё рядом, буквально на расстоянии вытянутой руки.

Метрах в тридцати слева, сразу, как вышел на открытое пространство, обнаружил два десятка самых что ни на есть обычных диких кабанов, которые бежали к лесу и вот-вот должны были затеряться в зарослях. Наверное, инстинкты взяли верх над разумом, потому что бить начал сразу, на выбор, стараясь стрелять в подсвинков, которые вымахали килограммов до семи-десяти каждый.

На мои выстрелы живность реагировала не так, как должны были. Вместо того, чтобы бежать куда ни попадая, кабаны наоборот остановились, с недоумением глядя на всё падающих и падающих товарищей.

Первым очухался огромный секач и неторопливо потрусил в мою сторону, по дороге набирая ход и разгоняясь до скорости несущегося во всю прыть автомобиля.

Это рассказываю я долго, на самом деле всё происходило очень-очень быстро.

До того, как кабан начал бежать в мою сторону, я успел выстрелить пять раз и, конечно, с такого расстояния ни разу не промахнулся, а вот по бегущему в атаку секачу первым выстрелом, наверное, от волнения позорно промазал. Следующими двумя выстрелами всё-таки смог остановить эту машину для убийства.