В углу умывальник, тоже окрашенный в белый цвет, с надписями красной краской: «гор» и «хол». А еще на стене висели плакаты: «Здоровье каждого — богатство всех!», «Врач — друг народа!» и «Выше производительность труда! Поднимай рабочие показатели!».

Ближе к стене стол, за которым сидела весьма симпатичная девушка в белом халате. Она что-то писала в журнале и подняла на нас взгляд. Я посмотрел на нее и сразу понял, почему Боря так сюда стремился.

Стройная, даже худощавая, лицо с заостренным подбородком и высоким лбом. Блестящие светло-карие глаза, уголки слегка вздернуты. Тонкий очерченный носик и чуток пухлые длинные губки. Густые каштановые волосы зачесаны назад и уложены заколкой.

В целом, черты лица правильные, все вместе создавали необычайно очаровательный образ. Не каждый день можно встретить девушку, обладающую естественной, почти классической красотой. Минимум косметики, но все равно это нисколько не портило девушку, даже наоборот.

— Ну, что там у вас, больной? — строго спросила она. Голос чуть высокий, но все равно мелодичный. — Как это вас угораздило? Садитесь.

Она указала на стул, стоящий сбоку от стола. Я сел, смиренно положив руки перед собой. Боря встал было рядом, но девушка нахмурилась:

— А вас я попрошу подождать снаружи.

Мой приятель попробовал сопротивляться:

— Оленька, я должен убедиться, что с ним все в порядке. Позвольте, я останусь тут, посижу в уголочке. Я буду молчать, как рыба.

Но девушка непреклонно покачала головой.

— Я вам не Оленька, а товарищ доктор. Уплывайте отсюда, рыба.

Боре ничего не оставалось, кроме как извиниться и выйти. Я остался с девушкой один на один.

На столе ритмично тикали механические часы «Маяк». Снизу под циферблатом тяжелая хрустальная подставка.

— Ну, говорите, где у вас болит? — спросила девушка. — Как вы себя чувствуете, товарищ?

Я объяснил, что упал на шею, но сейчас чувствую себя уже хорошо. Вроде бы никаких последствий. Про себя подумал, что со мной случилось настоящее чудо.

Врач встала и пощупала мою шею. Я ощутил легкий аромат жасмина и сандала от ее духов.

— Вот здесь больно? — спрашивала девушка. — А вот здесь? Так, понятно.

Она вернулась к столу, придвинула к себе бланк и тут же принялась строчить там. Само собой, по почерку ничего невозможно понять.

— Вам необходимо пройти дополнительную диагностику, — сказала врач. — Вот направление к неврологу. Вы отделались обычным ушибом, но на всякий случай, лучше еще обследовать. С травмами шеи нельзя шутить. Еще я вам выписала шину-воротник, его можно получить в перевязочной на втором этаже. Я рекомендую вам сразу пройти туда.

Это она молодая и поэтому такая усердная. Я потер шею и улыбнулся.

— Спасибо большое, Ольга Сергеевна. А еще один вопрос, что вы делаете вечером. Я хотел бы угостить вас мороженым.

Девушка холодно усмехнулась и покачала головой. На меня она не смотрела, снова придвинула к себе журнал, в котором что-то чиркала до моего прихода. Взяла красную ручку с колпачком и опять принялась писать.

— Вам, пострадавший, сначала надо шею вылечить. Только потом уже думать о свиданиях.

Ишь ты какая. Неприступная. К такой девушке постоянно подкатывают, так что у нее автоматически срабатывает защита.

— Так я же не просто так спрашиваю, — я не стал забрасывать девушку комплиментами, ей это уже наверняка надоело. — Вы что думаете, я вас на свидание приглашаю? Нет, конечно, как вы могли так решить? Я у вас проконсультироваться хотел. Насчет профилактики заболеваний. Ну, а чтобы компенсировать потраченное время, то угостить мороженым.

Ольга прекратила писать и лукаво взглянула на меня.

— Значит, не свидание? Просто консультироваться? Иди давай! Лечи шею.

Ладно, дай только разобраться в этом мире, нет ли тут еще каких странностей, а там я уже вернусь и поговорим снова. Я поднялся и взял листок с направлением.

— Как только вылечу, еще увидимся. Пишите письма, мадемуазель, — и выскочил из кабинета.

Боря сидел возле двери на банкетке и о чем-то думал. Сейчас еще нет смартфонов, так что люди находят время, чтобы хоть чуточку ворочать извилинами, а не смотреть тупо видео в смартфоне, как полвека спустя.

— Ну, как дела? — спросил он, подняв на меня взгляд. — Что сказала? Какой приговор?

Я посмотрел на направление и решил, что плевать. Пошло оно все к чертям собачьим. Я не для того угодил в этот мир, чтобы сходу лишать себя шанса заниматься самбо. Поэтому я сложил бумажку пополам, затем еще раз и покачал головой. Шея, кстати, почти не болела.

— Все в порядке. Небольшой ушиб. Можно просто приложить лед.

Боря просиял, толстые губы расплылись в широкой улыбке. Он вскочил и хлопнул меня по плечу. Ох ты, все-таки еще больно.