Он задумался. — Думаешь, что мы имеем дело с двумя разными проблемами?

— Точно. Мы предполагали, что убийца связан с бандой мотоциклистов, которая пыталась помешать тебе нанять меня для открытия врат. А что, если байкеры связаны с парнем, который вломился ко мне? Что, если мой Двойник — моя интуиция — права? Может быть, злоумышленник охотится за Полуночным Карнавалом?

— Тогда придется объяснить совпадение времени. Почему кто-то выбрал ту ночь, когда тебя не было дома, для обыска?

— Просто, — сказала она. — Возможность. Возможно, также присутствовало чувство отчаяния. В конце концов, мы сбежали от байкеров, скрылись в туннелях и поженились. Я подписала договор с твоей компанией. Мы собирались отправиться в лагерь у портала. Тот, кто охотится за Полуночным Карнавалом, возможно, был убежден, что он потерял единственного человека, который мог бы привести его к большой находке — меня.

— Есть еще пара вопросов, — сказал Элиас. — Во-первых, как злоумышленник узнал, что ты вообще нашла пропавший камень и использовала его, чтобы найти Карнавал?

Она закусила губу. — Ладно, ты меня раскусил. Я держала это в секрете, поверь мне.

Элиас постучал пальцем по кружки. — Но ведь ты зарегистрировала иск около двух недель назад.

Ханна замерла. Ее глаза расширились. — Я зарегистрировала претензию на небольшую часть сектора Подземного мира. В заполненной мною заявки нет ничего, что описывало бы то, что я нашла или надеялась обнаружить в этом секторе.

— Но если бы злоумышленник знал, что ты недавно обнаружила пси-карту и вскоре после этого подала заявку на определенный сектор туннелей, сложить два и два — легко. Он имел бы полное право предположить, что ты нашла что-то ценное.

— Но тогда это означает, что он наблюдал за мной черт знает сколько времени, — сказала Ханна. — И я до сих пор не понимаю, как он смог узнать, что я нашла недостающий кусок карты.

— Ты сама сказала, что коллекционеры могут быть очень одержимы. Что, если этот конкретный коллекционер уже давно охотится за легендарным Полуночным Карнавалом?

— Но откуда он узнает, что я приобрела карту и нашла Карнавал?

— Не возражаешь, если я взгляну на ожерелье поближе?

Она расстегнула ожерелье и протянула его ему. — Что ты ищешь?

— Узнаю, если найду.

Он разложил ожерелье на ладони и разбудил дар. Его кольцо немного заискрилось в поисках частот. Недорогие камушки были разных цветов, прозрачны и огранены так, чтобы отражать свет. Он мог сказать, что в них была заложена пси.

— Какой камень ты недавно купила? Тот, который, по твоему мнению, завершил карту?

— Ультрафиолетовый в центре. Ты увидишь цвет, если посмотришь на него через парачувства.

Он зажал камень между большим и указательным пальцами и усилил свой талант.

И вот она, небольшая настройка, не имеющая ничего общего с картой.

— Ты сказала, что это из коллекции недавно умершего коллекционера? — он спросил.

— Верно. Я искала его много лет, но на рынке он так и не появился, потому что был заперт в хранилище коллекционера. Это был пожилой мужчина, который, вероятно, приобрел его несколько десятилетий назад. Сомневаюсь, что он имел хоть какое-то представление о том, что это кусок карты. Фирма, которая управляла поместьем, определенно ничего о нем не знала. В информации о камне, размещенной на сайте аукциона, об этом не упоминалось. Насколько я могу судить, никто из других коллекционеров не знал значения кристалла, потому что я была единственным участником торгов.

— Как ты узнала камень, когда он появился на аукционе? — он спросил.

— Две причины. Во-первых, это был ультрафиолет. Ты заметил, что кристаллы образуют паранормальную радугу. Я всегда знала, что именно ультрафиолетового кристалла не хватает. Вторая причина, по которой я смогла его определить — огранка. Огранка каждого камня уникальна. У меня всегда было довольно четкое представление о размере, форме и цвете пропавшего кристалла. Я отслеживала камень как на обычных рынках, так и на подпольных. Когда он появился, я сразу его узнала.

— В ультрафиолетовом камне есть энергия, — сказал он.

Ханна посмотрела на ожерелье. — Ну да. Все камни обладают некоторой резонирующей силой. Кто-то смог настроить весь набор так, чтобы он функционировал как карта. Каждый кристалл должен обладать некоторой силой.

— Я не говорю о пси-карте, — сказал он. — Этот кристалл излучает вторую частоту. Тот, кто владел этим камнем до тебя, либо очень опытный настройщик, либо заплатил специалисту за это.

— О чем ты?

— Ультрафиолетовый кристалл передает мощный уникальный сигнала, — сказал он. — Любой, кто знает частоту и имеет подходящее оборудование, сможет отследить этот камень.