… Круто, слова нет… Но Соколовский рвал и метал, когда вечером на домашний телефон ему позвонил первый секретарь горкома КПСС Иван Егорович Силаев.

— Владимир Степанович, добрый вечер, — низким властным голосом сказал Силаев.

— Здравствуйте, Иван Егорович, — неловко ответил Соколовский, гадая, что случилось, да ещё так поздно. Звонок был неординарен, и это вызывало опасения.

— Вы о поручении товарища Ельцина слышали?

— Не слышал, — недоумённо ответил Соколовский. Однако он видел издалека, что Ельцин беседовал с Людмилой Хмельницкой, её бабушкой, и неясный холодок пробежал внутри. О чём там говорилось? Неужели о нём?

— Товарищ Ельцин дал нам поручение обеспечить Людмилу Хмельницкую служебным транспортом для поездок на тренировки, — внушительно сказал Силаев. — Девушка живёт в отдалённом от центра районе. Времени на дорогу уходит порядочно. Партия не может остаться в стороне и самоустраниться, если человек испытывает трудности. Мы для этого служим советскому народу. У вас есть служебный автотранспорт, вы шефы ДЮСШОР, поэтому я обратился к вам, товарищ Соколовский.

— Я… Понял, товарищ Силаев, — стараясь, чтобы голос звучал спокойно, ответил Соколовский, со всех сил сжимая витой провод телефонной трубки.

— Считайте это важным поручением Центрального Комитета. Машина должна быть каждый день в 7 утра на улице Кирова, дом 72. До свидания, товарищ Соколовский.

Соколовский чуть не разбил телефон о стену, когда Силаев положил трубку. Опять эти Хмельницкие! Такое ощущение, что они повсюду! Их из двери, они в окно! И самое паршивое, что выразить своё негодование некому! Да и что обсуждать? Решение всесильной коммунистической партии??? Так и без партбилета можно остаться, а то и хуже… Без головы.

Соколовский тут же позвонил диспетчеру завода и сообщил, что получено указание городского комитета партии о предоставлении служебного транспорта на улицу Кирова, дом 72, к семи часам утра. Фамилия служащего, нуждающегося в транспорте — Хмельницкая. Диспетчер завода, зная обо всех технологических и структурных процессах огромного предприятия, тут же связался с диспетчером цеха водоснабжения и дал указание, чтобы он отправил аварийно-восстановительную дежурку к 7 утра на Рабочий посёлок.

… Арина надеялась, что и днём её повезёт на тренировку Тамара Николаевна, но в час дня у дома ждал УАЗ 469 голубого цвета с белой надписью «Лаборатория». За рулём сидела совсем молодая женщина лет двадцати пяти в смешной белой шапке с ушками. Это и была Нюра Потапова, про которую накануне говорила Тамара Николаевна. Услышав про поручение, данное диспетчером, Нюра восприняла его как обычную работу. Лабораторная машина часто стояла без дела, и диспетчер постоянно посылал её по насущным делам.

Нюра, судя по всему, женщина была весёлая и боевая. Бойко вела машину по заснеженной дороге, ничуть не опасаясь ни наледей, ни снежного наката.

— Нам дали задание постоянно возить тебя на тренировки и обратно домой, — со смехом сказала Нюра. — Так что внесём свою долю в воспитание будущей чемпионки. Мы шофёры — ездим куда скажут и возим кого скажут!

Когда доехали до ДЮСШОР, Нюра осторожно коснулась руки Арины.

— Люда, я очень рада, что познакомилась с тобой лично, — растрогавшись, призналась она. — Я вчера специально день взяла, чтобы посмотреть соревнования. Ничего лучше в жизни не видела.

— Приходите на каток! — заявила Арина. — Я поговорю с тренером, чтобы он организовал открытые тренировки. Там можно увидеть много интересного.

— Спасибо, Люда, я обязательно приду! — обрадовалась Нюра. — Спасибо тебе за всё!

Захлопнув дверь машины, Арина помахала на прощание рукой и тут же неожиданно услышала насмешливый голос Соколовской:

— Ух ты, какие люди! Героиня нашего спорта!

Арина обернулась и увидела подошедшую улыбающуюся Марину. Вид у Соколовской был дружелюбный и отчего-то радостный. Гадая, с чего бы вдруг Соколовская подобрела, Арина осторожно поздоровалась с ней, всё-таки ещё опасаясь нарваться на грубость. Но нет. Ничего подобного не было! Соколовская тепло поздоровалась с Ариной и чуть подтолкнула её к входу на каток.

— Пошли! Будем творить ужасные вещи!

Тренировка обещала стать боевой…

Соколовская зашла в раздевалку как королева, но при этом королева добрая, милостиво разрешающая подданным хвалить и обожать её. Даря в ответ улыбку и приветствия. И приветственные помахивания рукой.

— Привет всем, девчонки! — радостно улыбнулась Марина. — Всем хорошего дня, чистых прокатов и гладкого льда!

Девчонки, не зная как реагировать на подобревшую Соколовскую, смущённо заулыбались, недоумённо переглядываясь.