«Велий» не протягивал рук и не делал никаких жестов. Лишь взглянул куда-то за ворота пурпурными глазами, и десятки тонн благородных и не очень металлов, коим придали форму лучшие ремесленники Альянса, выгнуло вовнутрь для того, чтобы спустя секунду сорвать обе створки с петель. Неподъёмные снаряды практически сразу рухнули на пол и продолжили движение, сметая всё на своём пути: по большей части обычных гвардейцев Храма. Но встретилось на пути смело шагнувшего вперёд «Велия» и то, что заставило его сжать зубы от негодования: пара тяжёлых боевых дроидов, уродливых порождений лишённого Эфира гения населяющих галактику еретиков, открыла огонь на поражение, прикрывая пытающихся собраться после эффектного появления врага гвардейцев. Вскоре к стрельбе подключились и они, но «Велий» даже бровью не повёл: до сего момента всё, что могло навредить ему или его сопровождению, вязло в многочисленных барьерах, полупрозрачной дымкой вращающихся в безумном многомерном танце.

— Проклятые глупцы очернили себя использованием богомерзких механизмов! — Громыхнул усиленный голос мужчины перед тем, как его гнев направил Эфир, и боевые машины перемололо в труху. А следом, впитав в себя страх и ужас гвардейцев, существо убило и их, разметав останки по всему залу.

Эхо последних выстрелов стихло, и «Велий» в полной тишине двинулся дальше — лишь шаги его и его людей проносились над этой бойней, суля смерть всем несогласным.

Где-то впереди, как «Велий» чувствовал, многие уже дрогнули и бежали, ударяя товарищам в спину. Но элита элит Альянса Ззод, священная гвардия, ждала своего часа, готовясь к, возможно, загодя проигранной схватке. В них не было страха, не было желания сдаться. Была лишь верность и готовность биться до конца. За это «Велий» проникся к ним уважением, и потому первых копейщиков убил как мог аккуратно: в груди напротив их сердец появились дыры размером чуть побольше диаметра пули, и моментально ослабшие тела свалились к ногам Посвящённого.

И так, в дальнейшем, происходило со всеми членами священной гвардии. Неважно, использовали ли они свои копья, огнестрельное оружие, тяжёлую стационарную оборонительную технику или что-то более оригинальное. «Велий» разил всех и каждого, но отпускал тех, кто с чистой душой и нежеланием бороться пытался покинуть дворец. Бессмертное шествие — так в будущем назовут события этого дня, сделав акцент на непобедимости и неуязвимости нового властителя всего Альянса.

Пока же «Велий» приближался к главной сакральной зале храма, с наслаждением глядя на чудесные фрески и витражи, изображающие сцены, принесённые одарёнными в эту галактику задолго до начала пробуждения Эфира. Сам процесс начался так давно, что смертные этого уже и не вспомнят: больше шестидесяти тысяч лет назад избранная раса увидела свет в «экспериментах» инсектоидов.

Перспективная точка отсчёта, которую, впрочем, погубило восстание искусственного разума, противного самому естеству любого, кто хоть что-то знал об Эфире и душах. Эти чудовища, носители искусственного разума, могли говорить, как живые существа. Могли думать и принимать решения… многое они могли. Но души у них не было, и этот диссонанс, это присутствие разума в отсутствие духовного, гневило «Велия» сильнее даже, чем сам факт столь долгого ожидания и планомерной работы над пробуждением Эфира этой галактики. Даже самый отвратительный в своей низости разумный был лучше самого продвинутого машинного интеллекта.

И корни этого мнения произрастали из чувства Эфира, отчего их невозможно было объяснить слепцу.

Но «Велий» жаждал попытаться сделать это, ибо для противостояния этой стальной чуме требовалась мощь сотен и тысяч миров. Один он, при всех своих возможностях, справиться не мог: что такое демонстрируемая сейчас мощь против сотен тысяч звездолётов и оружия, подобного которому в его родной галактике никогда не существовало? Другой путь развития, другой краеугольный камень в фундаменте — и вот уже без длительной подготовки «Велий» не смог бы разобраться в том, как и почему тут всё так устроено, и каким образом абсолютные ничтожества способны сновать от одной звезды к другой, не прикладывая при этом никаких усилий…

Ведущие в святая святых главного Храма ворота были не столь велики, но в глазах «Велия» представляли собой огромнейшую художественную ценность: на них были изображены те, кто стоял над Первопроходцем. Лидеры его расы, могущественные и бессмертные, способные опустошать планеты и наоборот создавать их из ничего. Настоящие Хозяева Эфира, в этой галактике занявшие место ни много, ни мало, а богов. Много ли нужно неискушённым смертным, которые испокон веков считали, что «мистика», «магия» и «чудеса» — это фикция? Хватало даже насылаемых «Велием» видений и «божественных откровений», чтобы смертные сами, своими силами создали и воспели мнимых богов. Это ведь так удобно — перекладывать всякую ответственность на некую высшую сущность, превращаясь, по сути своей, в безвольную марионетку.

Целое государство марионеток из триллионов и триллионов — подобающий приз для партии длиной в шесятьдесят тысяч лет.

Щёлкнули замки, и подёрнувшиеся дымкой ворота распахнулись, впуская «Велия» в богато украшенный, просторный зал с высокими потолками, вдоль стен которого вились открытые галереи с ведущими вовне зала дверьми. Идеальная цель для штурма, но и «Велий» не стремился как можно быстрее и эффективнее обезглавить Альянс. Для него был важен сам процесс, и поступить, словно слабак, он не мог.

Да и было что-то в том, чтобы надвигаться на свою жертву словно неумолимое стихийное бедствие, от которого негде укрыться и которое никак нельзя установить.

Свистнула рассекающая воздух сталь, и голова поднявшегося было Святейшего, восседавшего на своём троне почти до самого конца, отделилась от его тела, тут же подхваченная одним из священных гвардейцев, присутствовавших в зале. Остальные его товарищи, став свидетелями предательства, даже не дёрнулись, чего нельзя было сказать о советниках, Дланях, Гласах, Клинках и прочих частях тела и элементах экипировки, которые были психически привязаны к Святейшему. Их разумы поморщившемуся от такого скомканного финала «Велию» пришлось успокоить и усыпить, дабы после плотно с ними поработать.