Влетев в самый центр паучьего скопления, он рванул как термобарический боеприпас, залив всё вокруг огнём, опалив и отбросив даже меня. Деревянная отделка стен и потолка мгновенно занялась огнём, с пугающей скоростью принявшись распространяться по дому, а я, шипя от боли в обожжёном лице, снося по дороге углы, помчался к выходу.

Выскочив на крыльцо, чуть не грохнулся, подвернув ногу, но удержался и хромая и подпрыгивая на одной ноге, поскакал к воротам, за которыми, возле кареты, меня дожидалась графиня.

На лице её одновременно были написаны любопытство и страх но, показывая характер, она оставалась на месте, не торопясь убегать совсем.

– Что-там? – живо поинтересовалась она, встречая меня.

– Там? – я оглянулся на дом, за заколоченными окнами которого вовсю гуляли яркие языки пламени, и из всех щелей валил в небо густой, жирный до черноты, дым, – там, у-у!

Слов, чтобы описать происходящее у меня не нашлось и я только, восстанавливая дыхание, смотрел на полыхающий вовсю особняк. Минут через пять, с треском, подняв кучу искр, внутрь провалилась крыша. Огонь с яростью пожирал всё, до чего мог добраться, вырываясь из прямоугольных провалов окон, удерживаемый лишь каменными стенами здания.

Тут послышался неистовый звон колокола и на улице показалась повозка с пожарными магиками, в красных касках и робах, что, лихо затормозив возле нас, тут же принялись колдовать. Увидев, как из рук одного начинают вырываться водяные струи, а второй вовсю нагонят над нами тучи, конденсируя влагу прямо из воздуха, спохватился и, замахав руками, закричал:

– Стойте, стойте! Пускай догорает.

– Вы кто? – нахмурился один из пожарных и я, торопливо нырнув в карету, достал бумагу из магистрата, развернул, показывая.

– Я владелец дома. Вы главное не дайте огню на соседей перекинуться, а дом пусть сгорает. Чем больше сгорит, тем лучше.

– Хозяин-барин, – пробурчал усатый магик, поправляя каску и махнул остальным отбой.

С некоторой опаской я ожидал, что пауки и тут смогут прорваться, но нет, ни одна тварь так наружу и не вырвалась.

Дым потерял черноту, становясь всё прозрачней и я, прислонившись к карете, помотал головой.

– Мда…

Взглянул на себя, на мантию в пятнах сажи, на закопчённые руки оставшиеся без волос, затем перевёл взгляд на почти такую же чумазую графиню в платье с подпалинами и слегка истерически захихикал.

Её тоже, разобрал смех и скоро мы, как два идиота, хихикали, буквально до слёз и никак не могли остановиться.

– Ох, – наконец выдохнула Злотана, – ужас. Чтобы я ещё хоть раз…

– Да уж. Всего одним глазком, – вспомнил я её фразу, после чего мы опять стали хихикать как умалишённые.

Отсмеявшись вновь, она попыталась поправить причёску, но поняла, что это дело бесполезное и решительно полезла в карету.

– Вольдемар! – требовательно позвала она изнутри.

– Что? – обернулся я.

– Ты считаешь, что, в таком виде, можно возвращаться в Академию?

– Э-э… – я ещё раз огляделся и вынужден был признать, что вид, действительно, не совсем приличествующий преподавателю.

– Тогда залезай. Поедем ко мне, приведёшь себя в порядок.

– И то верно.

И я запрыгнул за графиней следом.

– Так, кривая распределения мощности длительного заклинания, не прямая линия, как написал Маркшуш, – произнёс я, разбирая тестовую работу которую группа дружно писала в качестве подготовки к такой же но уже на экзамене.

Типичные ошибки я собрал воедино и теперь озвучивал с кафедры студентам.

– Запомните, в самом вопросе уже дается половина ответа. Вот как, как можно было написать, – прямая, если уже указано в вопросе, – кривая. Ну глупая же ошибка. Маршуш… Маршуш!

Бессовестно дрыхнущий, лицом в стол, студент, стоило мне рявнуть громче, тут же, болванчиком подскочил, пуча глаза и ошалело на меня глядя.

– Всё ясно, – вздохнул я, – опять по ночам не спим, а потом спим на занятиях. Вы действительно считаете, что это более эффективный способ подготовится к экзаменам? Вот, возьмите пример со старосты.

Я повернулся к первому ряду, но, внезапно, увидел только торчащий вверх пучок волос девушки, которая тоже, подложив под голову руки, беззастенчиво спала.

– И ты, Брут, – с укоризной произнёс я.

– Ладно, – я отложил в сторону листок с выписанными ошибками, – завтра у вас письменный экзамен по теории магии. Событие весьма ответственное, и мне совершенно не нравится, как вы подходите к его сдаче.

– Мы готовимся, – прозвучал чей-то голос.

– Я вижу, – кивнул я, – не спя по ночам. Ну хоть, халява приди, в окно не орёте.