И Ганья очень, прямо-таки дико, хотела посмотреть на то место, где любимые папа с мамой влачили жалкое существование долгие годы.

Да, это желание шло вразрез с приказом Отца, но тут фанатично преданная Патрику бесовка оказалась непреклонной. Она посмотрит на фабрику изнутри или мы можем искать путь через аномалию сами.

Вперёд и с песней, как говорится.

Мы, естественно, выбрали первое.

К обеду четвёртого дня пути мы покинули небольшую деревеньку, прошли через погранпост и остановились на подъезде к лесу.

Даже отсюда он выглядел страшно и неприветливо: высокие старые деревья нависали над нами, давили зелёной массой, демонстрируя полнейшее пренебрежение к глупым смертным, решившим отправиться туда, куда не следует. Дорога сужалась, исчезая во тьме. В лесу кто-то ухал, а кто-то завывал. И то, и другое делалось нарочито громко и даже как-то лениво, напоминая издёвку. Ну, в духе: «Что, ссыкунишки, слабо зайти к нам?».

– Мне тут не нравится, - честно призналась Морвин.

– Плохое место, злая сила. Земля об этом не забыла, - согласился Айш-Нор, сидевший на плече девочки, настороженно вытаращив алые буркалы в сторону леса.

– А потому все держимся вместе и не нарываемся, - почему-то глядя на меня, приказал Иоганн. – И ни в коем случае, ни при каких обстоятельствах вообще ни за что не разделяться! Сущность, обитавшая в данном месте, исчезла, но это не значит, что лесной массив безопасен. Напоминаю всем, кто забыл либо имеет недостаточный уровень знаний: любое заповедное место – есть граница мира материального, накрепко соединённая с имматериумом. С иными планами бытия, существующими по своим собственным законам. И мы не знаем кто или что может выбраться оттуда или просто взглянуть на глупца, осмелившегося играть с огнём. Всё ясно?

Я вспомнил его мрачный рассказ о Лесном Царе и кивнул, сжав пальцы на древке копья.

Ну уж нет, чего-чего, а помирать я не собираюсь!

– Всё ясно, - хором ответили близнецы и даже Ганья кивнула.

Сюин же с Анандой вместо слов достали оружие.

– Вот и хорошо, едем.

***

Внутри лес оказался еще мрачнее и неприветливей, чем казался снаружи. Для начала следовало отметить тот простой факт, что солнечный свет почти не пробивался через намертво переплетённые меж собой ветви могучих деревьев, а потому очень скоро нам пришлось включить магические фонари.

Дальше – дорога. Она портилась с каждым пройденным метром и очень быстро превратилась в обычную лесную тропу, пусть и широкую, так что нам пришлось спешиться, чтобы не поломать копыта лошадей.

Но и это не всё.

Лес как будто отрезал от окружающего мира. Он словно бы жил своей жизнью, дышал древностью и могуществом, а ещё – крайне недовольно наблюдал за пришельцами, прикидывая: прихлопнуть их или подождать пока.

Я спиной ощущал полный злобы взгляд и каждый раз, оборачиваясь, не мог увидеть ничего. Ну не пауки же с комарами так зыркали, в самом деле?

А ещё от леса по-настоящему несло какой-то потусторонней нечеловеческой жутью. Вот честно, знал бы, что так будет, согласился бы идти через мёртвые земли. Зомбари и костяки-переростки как-то роднее что ли? Понятнее.

Проняло даже Ганью, которая, не будучи человеком, по идее, должна была лучше чувствовать всю эту вашу паронормальщину.

– Остро не хватает братьев Винчестеров, - мрачно проворчал я. – И Геральта.

Бросил короткий взгляд на Иоганна и поправился:

– Геральта здорового человека.

Лес пугал, он злился, но он не нападал. А потому мы продвигались вперед, что характерно, в гордом одиночестве. Других идиотов, жаждущих забраться сюда, не нашлось. А потому оставалось лишь идти, озираясь по сторонам и надеясь на лучшее.

– Нам тут на пару суток ходу, - заметила Ананда. – Так что, значит, разок да заночуем, учтите это, ага.

– Угу, - кивнул я. – Шутница, может, повеселишь? А то что-то настроение этот лес портит.

– Мне тоже не до смеха, знаешь, - отозвалась та, извлекая из сумки небольшую коробочку с пилюлями. – Хочешь одну?

Я с сомнением покосился на неё.

– Это что?

– Таблетки от страха. Отрубает его на пару часов гарантированно.

– А на жор потом не пробивает? И глаза красными не становятся?

– Нет, - серьезно ответила чародейка, - а что?

– Забей. Обойдусь как-нибудь.

– Ну, как знаешь, - она сноровисто съела таблетку и переложила фонарь в освободившуюся руку. – Не хочешь - не надо, а мне теперь будет хорошо, угу.

Спустя ещё два часа я, впрочем, уже был не против закинуться колёсами неизвестного происхождения. Лес давил неимоверно, постепенно повышая градус напряжения. Нас как будто сочли недостойными этого места и пытались взашей выпнуть прочь.