Почему бы не сделать изначально каждый станок под одно заклинание? Скажем, набивать их на пластине, да и все. Да, придется превращать маленькую лавку в промышленный цех, чтобы все агрегаты там разместились, но это отобьется со временем. Спрос-то будет обязательно, ведь такого предложения на рынке Российской Империи просто не существует.

— Иван Владимирович, Служба Имперской Безопасности на месте, где вы? — услышал я голос Екатерины Вячеславовны.

— Пусть ждут снаружи, — распорядился я. — Сейчас я покажу, где искать.

Конечно, я не собирался обрушивать выстроенный другим чародеем тоннель. Это бы привело к тому же, ради чего враги и полезли под землю. Но у меня четыре узла из семи, мой арсенал заклинаний гораздо больше любого другого земного мага. А против меня всего-то здешний чародей, специализирующийся на стихии земли.

Используя заклинание поиска жизни, чтобы правильно нацелить следующие чары, я последовательно создал воздушную линзу в трех метрах от подрывников, а затем откачал из созданного закутка весь кислород. И результат не заставил себя ждать.

Неодаренный сапер схватился за горло, стараясь процарапать воздуху путь, но свалился без сознания уже через минуту. Маг земли продержался немногим дольше, даже успел создать печать, чтобы прокопать воздушный колодец в потолке, но в итоге только вспучил землю у меня во дворе.

Таким образом у меня ушла всего пара минут, чтобы нейтрализовать угрозу.

— Екатерина Вячеславовна, — обратился я к помощнице, остававшейся на связи. — Спросите спецназ, видят ли они возникшую неровность на моей земле. Прямо под ней лежит чародей с двумя узлами и, предположительно, сапер, тащивший взрывчатку. Сейчас я открою ворота, пусть Служба Имперской Безопасности заходит.

И, чтобы сотрудники СИБ не заблудились на моем дворе, я выбрался из подвала и доделал то, с чем не справился чародей. Часть почвы обрушилась вниз, открывая доступ воздуху.

В это время спецназ уже окружил нужное место. Однако первыми все равно полезла пара мужчин в настолько толстой и мощной противоосколочной броне, что едва двигались.

— Иван Владимирович, — обратился ко мне лейтенант спецназа, — благодарю за своевременное предупреждение. Не хотелось бы терять людей, внезапно наступивших на прикопанную мину.

— Вы сработали оперативно, лейтенант, — ответил я. — Так что это мне стоит вас благодарить.

Я видел, что Солнцевы смотрят из окна гостиной за тем, что происходит во дворе, а потому повернулся к ним и помахал рукой, демонстрируя, что все в полном порядке и под контролем.

— Лейтенант, сюда нельзя, — раздался голос из рации стоящего рядом со мной офицера. — Весь тоннель заминирован. Каждые три метра — на полу, в стенах. Все на лазерах, стоит пересечь луч, рванет.

Нахмурившись, командир спросил, зажав кнопку на рации:

— Сколько времени займет?

— Тоннель очень длинный, конца не разглядеть, но я вижу метров на пятьдесят. Так что мы здесь надолго.

— Иван Владимирович, вам нужно эвакуироваться, — переведя взгляд на меня, сообщил лейтенант.

— Это вряд ли, — покачал головой я. — Из своего дома я никуда не побегу. Но могу помочь вашим саперам. Спросите, что с людьми в тоннеле.

На крыльце показалась Екатерина Вячеславовна. Александрова не спешила приближаться, понимая опасность взрывчатки, но при этом не выглядела напряженной. Девушка умела держать лицо.

— Калмыков, как там подрывники? — тем временем уточнил лейтенант.

— Один мертв, — доложил через несколько секунд сапер. — У второго кислородное голодание. На всякий случай браслеты повесили на обоих. Их можно вытаскивать.

— Отлично, — кивнул командир и повернулся к ожидавшим своего часа подчиненным. — Самойлов, Федоров, приступайте. И осторожно…

— Что ж, я вас покину, — произнес я и тут же повернулся к крыльцу. — У меня еще есть дела. Надеюсь, вам удастся что-то узнать при допросе, лейтенант.

К его чести, он не стал меня отговаривать. Все же опасность детонации действительно имелась, и, полагаю, любого другого дворянина лейтенант вытаскивал бы за шкирку.

Однако я действительно не собирался бросать особняк из-за такой мелочи. Подумаешь, мины в подкопе. Гораздо опаснее сам тоннель. А тот уровень доверия, который оказывали мне члены императорской семьи, заставлял сотрудников Службы Имперской Безопасности относиться ко мне очень осторожно.

— Все в порядке? — спросил я, поднявшись к помощнице.