— Хорошо, что эта дыра — не дом.

— Следи за собой, Нико.

Он улыбнулся, продолжая вертеть сияющий кинжал в руке.

— Знаешь, почему я здесь?

— Я не идиот.

— Да, если ты думаешь, что преследовать Томми в одиночку — хорошая идея.

— Кто сказал, что я буду один?

— Ну, я больше никого здесь не вижу в семь чертовых утра, а ты?

Я не стал отвечать, прошел мимо него и открыл дверь. Клуб был огромным, не таким большим, как некоторые заведения «Корсетти», но больше, чем мне нужно было для оплаты счетов. Я включил свет, направляясь в свой кабинет. Даже после того, как накануне вечером сюда пришла уборщица, здесь все еще сохранялся слабый запах пролитого спиртного. Я сделал мысленную пометку поискать новую компанию. Я толкнул дверь в свой кабинет и сел, включив компьютер.

— Как она? — спросил Нико, как только нашел себе место, где можно присесть на диване в углу.

— Чертовски зла.

— На Томми?

— На меня. Сегодня утром я запер ее в комнате и ушел под хор ее криков.

— Она тебя убьет, братан.

— Нет, ей виднее.

— Я знаю тебя и Майю всю свою жизнь, и, если честно, когда она злится, она страшнее тебя.

— Ха-ха-ха.

— Что она сказала о Томми?

— Немного. Я так чертовски разозлился на нее, что провел большую часть ночи в спорах, а остальную часть времени трахал ее. Кажется, она напугана. Это не похоже на нее. Он сказал ей, что собирается продать ее.

— Чертов член. Я знал, что он замешан в каких-то темных делах с Романо.

— С Романо? Семья Валентины?

— Да, ее двоюродный брат хотел, чтобы мы занялись торговлей людьми. Это легкие деньги, но Данте отказался. С тех пор он создает проблемы. Нам сообщили, что Томми проводит там время.

— Поэтому Данте послал тебя?

— Нет. Он просто не хотел, чтобы ты справлялся с этим в одиночку.

— Это ничего не меняет. Я не собираюсь работать на семью.

Нико сидел и ничего не говорил. Самодовольное выражение его лица вызвало у меня желание встать и ударить его, но если я не планировал умереть, это была не очень хорошая идея. Нико был тем, кто преуспел в том, чтобы заставлять людей исчезать ради семьи Корсетти. У него также был неконтролируемый характер и жажда крови. Я видел, как он превратился в бешеное животное, когда его внутренний зверь взял верх, и дразнить этого монстра было не в моих интересах.

— Какой у тебя план?

— Я собираюсь убить его, но начну с придурков, которые выбили дерьмо из моего волчонка.

Некоторое время спустя мы с Нико подъехали к ветхому складу в районе мясопереработки. Отец Томми владел им много лет назад, и теперь он оттуда вел свой бизнес. Если бы вы могли назвать проституцию бизнесом, то это так. Меня всегда забавляло, как каждый ребенок из преступного клана, которого я встречал, когда был моложе, говорил, что не будет делать то, что делали его отцы. Теперь, годы спустя, мы все здесь делали одно и то же дерьмо. У каждой семьи был свой бизнес, некоторые более законные, чем другие, и следующее поколение было занято поддержанием порядка. Я не завидовал Данте. Их бизнес простирался далеко за пределы Нью-Йорка, и возникающие проблемы становились один кошмар за другим. Большинство из нас знали свое место, но время от времени какой-нибудь громкий ублюдок пытался свергнуть короля. Это было бессмысленно, правда. Данте, Нико и Арес не зря были известны как Темные Короли. Каждый из них был полностью трахнут по-своему, и как только вы перешли дорогу им или тем, кого они любили, вы не дожили до того, чтобы рассказать эту историю.

— Я так понимаю, ты не собираешься с неожиданным визитом? — Нико засмеялся, когда я выдвинул свой внедорожник вперед и нажал сигнал.

— Я бы предпочел, чтобы они пошли стрелять, — сказал я со смехом, когда мы вышли.

— Да, черт возьми, пойдем на охоту.

Я вытащил оба пистолета и поднес их к двери. Нико предпочитал ножи, но в его наплечной кобуре находились две «Беретты».

— Звоните, звоните, ублюдки, — сказал я, глядя на камеры наблюдения.

Вскоре я услышал щелчок запертой двери, означающий, что она откроется, когда я потяну за ручку. Я закрепил один из своих пистолетов и открыл её, пройдя вперед, Нико не отставал от меня. На складе было темно, внутри находились два больших транспортных контейнера. Пахло смесью моторного масла и мочи, из-за чего я сморщил нос, как только мы двинулись вперед.

— Выходи, выходи, где бы ты ни был, — пропел Нико, вызывая эхо, от которого у меня побежали мурашки по коже.

Движение возле бэк-офиса было намеренным. Кто-то громко толкнул стул по цементному полу, заставив нас с Нико обернуться и посмотреть, кто станет счастливчиком.

— Сейчас еще рано, мальчики, но если вам нужны женщины, я могу позвонить.

— Мне не нужна твоя киска, Эдди, мы здесь просто поговорить.

— Конечно. Если бы ты хотел поговорить, то ты бы позвонил. Вместо этого ты прокладываешь себе путь через наше здание с заряженным оружием.

Я остановился примерно в пяти футах от засранца и убрал пистолет. Он умрет сегодня утром, но не сейчас. Я жестом предложил ему сесть, пока Нико бродил по складу. Это был не его бой, и он это знал, но он все равно получил бы удовольствие.

— Где все твои люди?

— Здесь. Знаешь, вокруг.

— Действительно? Потому что здесь выглядит довольно пусто.

— Нико не единственный, кто ползет в тени. Вы здесь по делу Корсетти? Я слышал, ты отказался от предложения дона, но ты здесь, с одним из его людей.

— Ты знаешь, ради чего я здесь.

— Возможно, тебе стоит просветить меня.

Я обошел спинку его стула и глубоко вздохнул. Я хотел уничтожить этого ублюдка, но мне также нужно было знать, где находится Томми.

— Где он, Эдди?

— Кто?

— Прекрати это дерьмо. Я сегодня не в настроении. Мы слышали о дополнительном выступлении Томми, и я готов положить этому конец.

— А я-то думал, что ты пришел за мной из-за этой шлюхи Майи.

Я вытащил «Гарроту» из зажима на поясе и одним быстрым движением надел ее ему на голову и шею. Руки Эдди потянулись к моим, царапая меня, пока он хрюкал, пытаясь глотнуть воздуха. В основной части склада я услышал шум. Нико немного повеселился.