Кстати, Откад, мой хороший, не могу не заметить, что ты из подобной ситуации выходил с гораздо большим достоинством. До сих пор не могу забыть тот мешок с песком и корю себя нещадно. Но не будем зацикливаться.

Как я понимаю, возражений больше не имеется, и перебивать меня впредь никто не намерен? Вот и славно. Тогда продолжим с учетом ваших нелепых замечаний и того, что я готова принять даже несправедливую критику:

Глава вторая

Молодого человека, лежащего на тряском полу, звали Статус. На тот момент это было единственное его имя. Адъютантом он уже не был, Кошмарен еще не заслужил, а прозвище Женераль также пока не вошло в обиход, хотя новоприобретенная контузия в дальнейшем немало этому поспособствовала.

Женщину, которая меняла ему компресс, все знали как Эскападу. Восхитительная, невероятная, сильная женщина, настоящая воительница, предводительница таких же как она северных воительниц, которых, впрочем, сейчас при ней не было.

Были в фургоне и другие, но о них в свое время.

Когда заслонка окна поспешно закрылась, контуженный Статус, глаза которого до сих пор причудливо разъезжались, спросил слабым голосом:

– Чего он хотел?

Эскапада пожала плечами.

– Кто знает? Какого дьявола он вообще полез на козлы? Водитель хренов.

– Мне плохо, – сказал Статус.

– Ну потерпи, раз уж ты такой неудачник.

– Да нет, ты мне прям в глаза отжимаешь. И чем вообще воняет тряпка?

– Это половая.

– Откуда? Бинтов у нас нет, а тряпка нашлась?

– Ой, вы посмотрите, какая у нас тут принцесса!

– Мне холодно. Руки немеют.

– Не перебарщивай, скотина!

– Это все, конечно, очень хорошо и драматично, заверяю вас, – прозвучал новый голос, – но хочу обратить ваше внимание на то обстоятельство, что наш упрямый эльф, как ни странно, все же нас куда-то доставил.

Голос этот принадлежал одному могущественному магу родом с таинственных южных областей Интраэлии. Звали его Ябы. Выглядел он подобающе: высокий, худой, благородная седина в бороде. Образ дополняли расшитый звездами плащ и остроконечная шляпа. Был при нем и магический посох, но уже давно опытным путем выяснилось, что ничего волшебного в нем как раз и не было – обычная деревяшка. В настоящий момент наш бесконечно колоритный колдун, отодвинув занавеску, пытался высмотреть сквозь тусклое стекло хоть что-нибудь при участившихся всполохах молний.

– А чему тут удивляться? – послышался очередной новый голос. – Дорога-то одна, свернуть некуда.

На сей раз говорил еще один, наравне с Эскападой, могучий воин в их пестрой компании – белокурый, мускулистый, словно высеченный из камня. Злые языки (из их же дружной компании) не единожды уверяли, что в роду его затесались тролли или подгорные гномы, но сам воин, в силу закаленности своего характера, никак не подтверждал, но и не опровергал этот общепризнанный факт. Он носил гордое имя Подбодрилл, а для друзей – просто Рилл.

(Сам ты «просторилл»! Я же просила, не перебивать меня! И хватит скалиться!).

– О, мой друг, – возразил Ябы, – я тебя умоляю! Мы все знаем, насколько настырным бывает наш остроухий товарищ! Даже единственную дорогу легко можно потерять. В его-то случае.

– Лошади идут на автопилоте, – проворчал Рилл. – Я вообще не знаю, зачем он там торчит на холоде. А хотя – догадываюсь.

– Кучера не трожьте! – воскликнула Эскапада. – Он старается!

– Герой, бляха-муха! – покривился Рилл. – А-то я не знаю! Мешок репы он там, небось, заныкал. И точит втихушку.

Стоит заметить, что старый замок, обозначившийся по курсу был виден сейчас только лошадям и вознице, а то, что наблюдал Ябы в боковое окно было похоже на…

– Деревня какая-то, что ли? – задумчиво произнес волшебник. – Что-то не пойму.

– А как выглядит? – поинтересовался Рилл.

– Домики, заборчики, огородики – как-то так.

– Похоже на деревню.

– А я как сказал?

Поскольку безымянный до поры рассказчик владеет большей информацией, чем герои на момент описываемых событий, позволительно будет поделиться малой ее толикой и со слушателями. Вернее, со слушателем, остальные-то тоже давно в курсе. Итак, для справки: деревня возникла стихийным образом давным-давно, еще в незапамятные времена строительства замка, и поначалу была она временным пристанищем различных ремесленников, но потом, как это часто бывает со временными явлениями, вполне успешно зажила на постоянной основе. Тогдашний граф сих земель даже потрудился дать ей какое-никакое имя. Было это так:

«Не пора ли дать поселочку какое-никакое имя?» – спросили у графа.

«Чо?»

«Ладно, сойдет для сельской местности».

С тех пор деревенька так и называлась – Чо. Не слишком аутентичное название для сих широт, но какое есть. К тому времени когда наши героические путники показались в виду ее темных и пустых окон, деревня уже много лет считалась нежилой. Потому что в конечном итоге ничто не вечно.

И еще одно, правда, не знаю, важно ли это сейчас: однажды в этой деревне родилась я.