— Ты злишься на компьютер своего отца? — с некоторым удивлением спросил Фалон.

— Злюсь на любое создание мужского пола. Но не обольщайся, я буду срывать зло только на тебе. Фалон внезапно рассмеялся.

— Я рад этому. Было бы довольно утомительно драться с каждым мужчиной, которого ты оскорбишь.

— А что будет, если я оскорблю тебя?

— Об этом ты узнаешь первой. «Посмотрим, проклятое ничтожество», — подумала Шанель, но вслух этого не произнесла.

Шанель довольно скоро поняла, что у Фалона нет намерения просить Брока о помощи, иначе он не стал бы так тщательно осматривать запертую дверь.

— Транспортироваться будет быстрее, — наконец сказала Шанель.

— Транспортировка подождет до тех пор, пока в ней не будет особой необходимости, — не оборачиваясь, ответил Фалон.

То, что огромный, бесстрашный воин питает отвращение к нуль-транспортировке, в другой обстановке могло бы быть забавным. Шанель подошла вплотную к Фалону.

— Мы здесь торчим перед запертой дверью, а ты считаешь, что необходимости нет?

Вместо ответа он молча взглянул на нее, отступил на шаг и одним ударом выбил дверь.

— Ну, на этот раз я не угадала, — пробормотала Шанель.

Единственное, что обрадовало Шанель, это то, что она застигла врасплох Ланар. Сандерианка сидела на своей кушетке к заканчивала трапезу. Звук от падения двери заставил ее вскочить на ноги. Как и сестра, Ланар была потрясена видом живого воина, хотя и знала заранее о его росте. Она испуганно уставилась на Фалона, поэтому не сразу заметила Шанель.

— Это вы несете ответственность за то состояние, в котором я застал свою женщину? — спросил Фалон, подходя к Ланар.

Испуг у той неожиданно прошел, и она усмехнулась.

— Вы это оценили? Она сказала, что вы захотите наказать ее за бегство. Я решила облегчить вам эту задачу, зная, что вы скоро здесь появитесь. Но я и так позволила бы вам войти, — с упреком добавила она. — Вам не нужно было ломать мою дверь.

— Мы не связываем наших женщин для того, чтобы их наказывать, и не наказываем так, как вы собирались наказать Шанель. Вы пытались запугать женщину, находящуюся под моей защитой, и если бы вы были мужчиной, то очень пожалели бы об этом.

Ланар только на мгновение почувствовала страх, сразу поняв, что он ничего с ней не сделает.

— Судя по всему, вы слишком снисходительны, — насмешливо улыбнулась она. — Эта женщина заслужила гораздо худшее наказание, чем ваше. Я это поняла за то время, что она была здесь. Из нее следует выбить высокомерие.

В этот момент Шанель подошла к Ланар и похлопала ее по плечу. Та в раздражении повернулась в ее сторону и сразу побледнела, только сейчас вспомнив, что Шанель своим ростом сильно отличается от нее.

— Ты хочешь рассказать мне о том, что я заслужила? — с легкой угрозой сказала Шанель. — Нет? Тогда как насчет моего высокомерия, которое, между прочим, никак не может быть больше твоего?

Ланар молчала и выглядела весьма жалкой, и Шанель с удовольствием отметила это. Тем не менее она еще не была вполне отомщена за все причиненное ею.

— Знаешь, Ланар, я думаю, ты не зря беспокоилась насчет плохих шакаанцах, — небрежно сказала Шанель. — Этот воин не может заставить тебя пожалеть о том, что ты со мной сделала, но для меня подобных препятствий не существует.

— Ты… ты не посмеешь, — дрожащим голосом выдавила из себя Ланар.

— Почему же не посмею? — ответила Шанель, отводя назад руку и нанося удар кулаком.

Маленькая женщина упала на кушетку, потеряв сознание. Шанель надеялась, что сломала ей челюсть, хотя и сомневалась в таком успехе.

Но этого было все же недостаточно. Шанель нагнулась и стала искать в карманах Ланар Жезл переделки, который, она была уверена в этом, жаждущие власти женщины должны были всегда иметь при себе, и без труда нашла его.

— Спасибо, — сказал за ее спиной Фалон. Шанель выпрямилась, держа в руке голубой жезл.

— За что? — спросила она.

— Ты сделала то, Чего я не могу сделать.

— Я сделала это не для тебя, красавчик, а для себя. И я еще не закончила.

С этими словами она направилась с Жезлом переделки в соседнюю комнату и опустилась на корточки возле все еще лежащих без сознания сандерианцев. Известно, что для внедрения сведений в подсознание нет нужды будить испытуемого или приводить его в чувство. Шанель воспользовалась этим обстоятельством.