– Сок. – С легкой улыбкой ответил я.

Хмыкнув, Владимир Романович кивнул своему то ли секретарю, то ли адъютанту, который стоял у дверей. Мужчина вышел и через минуту вернулся с подносом, на котором стоял стеклянный заварник с чайной чашкой и литровая бутылка с соком, а рядом с ней высокий стакан. Поставив поднос на журнальный столик, что был расположен между нами с Великим князем, адъютант удалился, закрыв за собой дверь.

– Надеюсь, смог вас порадовать. – С улыбкой произнес глава Тайной Жандармерии, наливая в чашку горячий чай из заварника. – Хочу вас лично поблагодарить за спасение дочери.

– Не стоит. – Кивнул я, наливая себе в стакан яблочный сок.

– Позвольте это уже мне решать. – Не меняясь в лице ответил Владимир Романович. – Мои люди побывали на месте сражения и видели, что осталось от машины и я прекрасно понимаю от какой участи… Но давайте поговорим о том, какие выводы вы смогли сделать из всего произошедшего.

– Что конкретно вас интересует? – Переспросил я, стремясь выиграть время, на правильное формулирование ответа.

– Фабрика и те, кто за ней стоят.

– Что ж, - сделав глубокий вдох приступил я к ответу, - с самого нашего появления в Кара-Сантим мною была замечена слежка…

Пересказ всех моих догадках о людях герцога не занял много времени. Правда, изначально пришлось подставиться. Наверняка Великий Князь задастся вопросом, как девятнадцати летний парень смог заметить слежку? Следили то профессионально, тут не отнять. Смена экипажей, ненавязчивость. Такую смогут заметить лишь те, кто умеет вести объект и работать в группе.

То что Владимир Романович ничего не спросил откуда у меня такие навыки, говорило мне о многом. Например – за мной следят и проверяют каждый мой чих. Так же теперь мною допускалась возможность того, что в кабинете триста сорок дробь три, в дворце преподавателей Асгардского Университета Магии стоит прослушка и остается только догадываться, какими сведениями на самом деле владеет Великий князь. Не то чтобы я видел в этом проблему, но осложнения в моих отношениях с царскими псами возможно и придется очень сильно поднапрячься, чтобы меня не записали в враги. Но это все не будет делаться сейчас. Вербовка таких людей как я на таком уровне происходит более плавно, ненавязчиво, не привлекая к себе лишнее внимание со стороны жертвы.

– Что ж. – Подвел итог Меньшиков моему рассказу. – За поставками в Царство «звездной пыли» стоит герцог фон Рейнфельден. Думаю, там не только он замешан со стороны элиты, да это уже мои заботы. Благодарю за помощь нашему заведению.

– Это мой долг, как дворянина. – Протокольно ответил я, все еще удерживая, как это в Мидгарде называется на Островной манер – «Покер фейс».

– Приятно знать, что молодые люди думают, об интересах Царства и следуют кодексу чести. Вселяют некую уверенность в завтрашнем дне. – Улыбнулся краешком губ Великий князь. – Не смотря, на все ваши заслуги, хотел бы дать вам добрый совет. Я знаю, что вы подружились с моей дочерью, но хочу напомнить, что она все же моя дочь и это налагает на нее и тех, кто с ней общается, а тем более дружен, некоторую дополнительную ответственность. Вы понимаете, о чем я? – Владимир Александрович приснял маску доброго дядюшки, на мгновение, показав свое истинное лицо. По спине в тот момент пробежался табун мурашек.

– Я вас понял и услышал. – Натянуто улыбнулся я в ответ. Ох уж эти гормоны, которые не дают, как следует контролировать себя. Здесь нельзя было меняться в лице. – С этого момента постараюсь дистанцироваться от ее Светлости.

– А вот этого не стоит. – Добро улыбнулся Великий князь. – Мария очень хорошо о вас отзывалась и после нашей короткой беседы я начинаю понимать почему. Вы действуете для нее как, - он пощелкал пальцами, подбирая подходящие слова, - некий сдерживающий от глупостей фактор. Меня, как любящего отца это очень радует. Но крайне, вам не рекомендую обижать мою дочь!

Вот! Вот те слова, которых я боялся больше всего! Да после такой постановки вопросов, он буквально говорит – я слежу за тобой и заявляю на тебя свои права. С одной стороны, если отбросить эмоции, такая постановка вопроса сулит мне огромные перспективы. Если заглянуть в будущее, где мы с Машей сошлись и заключили брак, то… Много, много положительного выходит. Вот только если в процессе семейной жизни, я скажу хоть одно кривое слово, ее отец меня просто со свету сживет. Закроет в каком-нибудь тайном подземелье и точно так же, как и сейчас, будет вести неспешный, вежливый разговор, но помогать ему в этом будет уже опытный заплечных дел мастер. Прельщает меня такая перспектива? Нет. Ссоры семейные происходят постоянно, особенно пока люди притираются друг к другу. Хотел бы я вообще быть с Марией? Скорее да, чем нет. Если честно я ее боюсь. Вернее тех чувств, что вызывают во мне ее васильковые глаза.

Вот собственно тогда я и принял решение, что лучше уж держаться от Великой княжны подальше. Не мой уровень, нет защиты. Ей в супруги подойдет как-нибудь княжич из сильного рода, желательно наследник главы рода. Иностранцам в семье главы Тайной Жандармерии делать нечего, так что заграничные принцы отпадают сразу. Вот тот же княжич Борисов, вполне мог бы претендовать ну руку и сердце Меньшиковой, а я… У меня кроме титула графа, танхауса на окраине Асгарда, да Дара Древних, считай и нет ничего за душой.

Дела сердечные пришлось отодвинуть в сторону, так как я уже вошел в аудиторию, и вежливо поздоровавшись с группой сел на свободное место. Которое, о чудо! Было рядом с Великой княжной. Если мой мозг не принимает желаемое за действительное то, кажется, княжна в меня втрескалась.

Тру-ту-ту. Великий Волхв, за что мне это? Чем прогневал я твои седины?

– Здравствуй. – С вежливой улыбкой поздоровался я с Марией. Собственно после разговора с ее отцом, я начал мягко дистанцироваться от Меньшиковой, не давая при этом девушке повода обидеться. Просто избегал любого общения наедине, да и в компании других студентов. По факту мы виделись только на парах по языку древних.