На высказанную в прямой форме угрозу я лишь пожал плечами, мол, мели Емеля. Лично я войны не хочу, но если что, мой «бронепоезд на запасном пути» и всегда готов «дать залп» по любому недоброжелателю.

Виталий Иннокентьевич, посчитав разговор законченным, удалился в крайне разгневанном состоянии. Назначенного штрафа (с какого бодуна он сумму по местным меркам астрономическую озвучил?) он, разумеется, не получит и хабара моего ему не видать, как своих ушей. Значит, жди этой ночью визита его холуев, не сам же он попрется «поучить уму-разуму оборзевшего в конец юнца». Ну что же, ждем-с.

А тут и Глафира вернулась с двумя здоровенными авоськами с трехлитровыми банками и заплечным баулом, как я понимаю, с ингредиентами для засолки.

Тут я вспомнил о хранящихся в подвале запасах.

— Глаш, у меня с прошлого года куча солений, варений и прочего добра в банках и кадушках. Там сроки годности к краю подходят. Тебе оно не надо? Иначе на компостную кучу всё отправлю. А освободившуюся тару можно помыть и снова в дело пустить.

— Покаж, Вань. — После поверхностного осмотра, эмоциональный фон практичной дамы скакнул на небывалую высоту. Мысленно она уже распродала мои запасы проезжим пассажирам и употребила вырученные денежки с великой пользой для себя и своего семейства. — Ты не выкидывай ничего. Счас я займусь огурцами, завтра заберу отсюда всё лишнее. Варенье можно оставить, если только засахаренное забрать…

— Ну всё, карт-бланш тебе, Глафира.

— Чё? — Ага, похоже её любимое словечко при любых непонятках. Меня так и подмывало ответить в рифму, мол, кое-чё через плечо, но я воздержался от хамских высказываний. Спугнешь бабу, где искать другую.

— Короче, работай. А я своими делами займусь. Буду в мастерской, если что обращайся, но по пустякам не дергай.

Идея заняться производством зачарованной ювелирки, а также прочих магических артефактов пришла мне в голову не сегодня и не вчера, а перед последним моим походом в Пустоши, когда патроны для своего «Монстробоя» зачаровывал. Вот только тогда меня буквально тянуло испытать ружьецо в реальных боевых условиях, ну и знатными трофеями разжиться.

Решил на деревяшки не размениваться. В моих загашниках около пуда серебряных монет и золотишка предостаточно, даже с полдюжины платиновых сторублёвиков имеется. С платиной пока возиться не собираюсь, ибо плавить замучаешься.

Для начала занялся изучением магических свойств имеющихся в моем распоряжении металлов. Провозился с этим аж до самого обеда и, к великому своему разочарованию, убедился в том, что нормальный амулет только лишь из золота или серебра создать не получится, поскольку их кристаллическая структура способна принять слишком мало магической энергии. А вот для внедрения собственно конструкта и золото, и серебро подходят идеально. Отсюда следует вывод: для создания более или менее качественного артефакта наряду с драгметаллами мне понадобится что-нибудь эдакое, что способно аккумулировать ману в достаточном объеме, а также сохранять её без потерь значительный промежуток времени. А что лучше всего удерживает ману? Тут к бабке-гадалке ходить не нужно, разумеется, упорядоченные кристаллические структуры, то есть драгоценные и полудрагоценные камни. Вот тут возникает вполне закономерный вопрос: «Где в Дубках разжиться этими самыми драгоценными кристаллами?».

Поначалу, возникла мысль использовать для этих целей добытые в предпоследнем походе в пустоши ортоклазы. Однако, основательно подумав, решил, что камень, способный трансформировать свет в магическую энергию, следует применить иным, более интересным способом. Пара задумок на этот счет у меня имеется.

Поскольку, по ряду объективных причин, кухня оказалась временно вне зоны моего доступа, решил в качестве обеда ограничиться краюхой хлеба, шматом сала, копченой колбасой и свежей зеленью с грядки.

После приема пищи. Около часа копался в Сети. В результате выяснил, где в ближайших окрестностях можно приобрести не только ювелирные изделия, но и сырье для их производства. Как оказалось, в Ертеньеве имеется небольшая мануфактура по переработке уральских самоцветов. Если воспользоваться услугами такси, сгонять туда-сюда можно часа за четыре, с учетом времени, затраченного на переговоры с управляющим.

Достал из схрона пять сотен рублей и, предупредив Воскобойникову, отправился на рыночную площадь, месту традиционной тусовки здешних бомбил.

Глава 10

К великому моему разочарованию, ни одного таксомотора на стоянке не оказалось. Все подались к железнодорожной платформе, чтобы развезти по окрестным селениям прибывших тринадцатичасовым поездом пассажиров.

Хотел, было, отложить поездку на завтра, но тут мне подфартило. На ограниченную бетонным бордюром и чахлыми кустиками сирени заасфальтированную стоянку таксомоторов вкатил «Волгарь-23». За рулем ровесник Силаева Славик Кузнецов по прозвищу Кузнечик, которого мой реципиент знал довольно неплохо. Не закадычные кореша, но говна друг другу не делали.

Судя по кислой физиономии, Кузнечику сегодня не повезло подхватить на «железке» клиента. Теперь придется маяться в ожидании, заезжего гражданина из Хохловки, Мятлевки, Ивантеевки или еще какого окрестного населенного пункта. Шанс невелик, но надежда, как говорится, умирает последней.

А тут я нарисовался к вящей радости Славки. Сговорились сгонять до Ертеньева и обратно за пару целковых. Рупь выдал ему авансом, остальное пообещал выплатить по возвращении.

Настроение Кузнечика моментально скакнуло на максимальный уровень, он даже начал насвистывать какой-то популярный мотивчик. Хотел ему сказать, что художественный свист способствует потере денежных знаков, но вовремя воздержался, поскольку в этой реальности такой приметы не существует.